Главная / Москва / 6 Сентября 2012 г.

«В худруки меня не чиновники назначили, а выбрали артисты»

Режиссер Миндаугас Карбаускис

ОЛЬГА ЕГОШИНА

Московский премьерный сезон в этом году открыл Театр Маяковского, отмечающий 90-летие. Второй год театром руководит Миндаугас Карбаускис, приглашенный актерами Маяковки. Не совершая никаких резких движений, сокращений и увольнений, он за прошедший сезон смог не только осовременить оформление театра (от программок и афиш до колонн, стен и театральных кресел), но и вернуть сюда веселый художественный дух, создать пространство, где хорошо работается и дебютантам, и мастерам. О пути реформ, который иногда быстрее ведет к намеченной цели, чем революции и погромы, обозреватель «НИ» поговорила с Миндаугасом КАРБАУСКИСОМ в преддверии открытия сезона.

Фото: ЕКАТЕРИНА ВАРЮХИЧЕВА
Фото: ЕКАТЕРИНА ВАРЮХИЧЕВА
shadow
– Бертольд Брехт как-то заметил, что он ни секунды не сомневается, что объявленный тысячелетний рейх простоит тысячу лет, но сомневается, что он сможет продержаться ближайшую зиму... Вы отстояли зиму и первый сезон, можно ли теперь говорить о долгой перспективе?

– Не знаю. Стараюсь об этом не думать. Когда движешься, то ведь не думаешь: как это у тебя получается? Что-то получается, что-то нет. Это нормально. Ты движешься – и это главное. Элементарно нет времени на такие спекуляции вроде «тысячелетнего рейха»: будет этому конец или не будет этому конца...

– Когда мы с вами разговаривали несколько лет назад, то вы сказали о том, что в положении свободного художника есть масса преимуществ: ставишь что хочешь, нет обязательств перед артистами за их судьбы. Не жалеете, что согласились пойти на эту галеру и теперь весь этот груз ответственности лежит на вас?

– Свободным художником, конечно, быть удобнее. Но, видите ли, какое дело – меня позвали артисты этого театра, и я согласился. Меня же сюда худруком не чиновники назначили, меня выбрали. Не министерство и не Департамент культуры привели меня сюда. Меня позвала труппа. Когда Михаил Филлипов и Игорь Костолевский позвали абсолютно незнакомого им режиссера – это был храбрый поступок. Для меня он свидетельство мудрости людей, которые выбирали по репутации, а не по знакомству. Это ведь невероятно, что пригласили режиссера, с которым никогда вместе не работали, никогда не пересекались. Позвали абсолютно незнакомого человека, у которого в этом театре не было «своих», не было друзей, не было даже добрых знакомых. Такого ведь не бывает. По-моему, это редкий случай в местной театральной истории, как ни пафосно это звучит. И мне кажется, что такие смелые поступки себя, в конечном счете, всегда оправдывают. Это доверие людей к тебе – оно обязывает...

– Для вас Театр Маяковского тоже был своего рода «терра инкогнита»...

– Я не был здесь около десяти лет, не видел спектаклей, не знал людей. Так что со всем пришлось знакомиться заново.

– Вам пришлось одновременно и знакомиться с труппой, и перестраивать театр...

– Мне кажется неправильным говорить, что это я перестраивал театр. Мы все вместе работали. Мне кажется, я в качестве руководителя не сделал ни одного резкого движения. Все происходило достаточно органично. Хотя по разным причинам мы не продлили договор с девятью актерами (это я упоминаю, чтобы все-таки было понятно, что здесь все-таки не совсем волшебная сказка, а рабочий процесс). И на данный момент в труппу театра приняты семеро актеров, причем из них трое здесь работали раньше, ушли, а теперь вернулись в театр, что тоже хороший знак.

– «Театр Миндаугаса Карбаускиса» – понятие очень определенное и жесткое. Здесь вы строите что-то гораздо, скажем, более разнообразное и неоднородное...

– Театр – это очень большое количество очень разных людей. И мне кажется, что одна из моих задач – дать каждому работающему в театре возможность самореализации. Мы еще только начинаем знакомиться друг с другом. И я уверен, что каждому надо дать шанс. Я часто повторяю, что люди теоретически не проявляются, люди проявляются только в практике. Поэтому каждый должен иметь возможность показать, на что способен. Приглашение режиссеров и художников разных поколений и направлений дает такую возможность. А на нашем юбилейном дне, когда каждый кусочек театра (от фойе до буфета) будет занят разными проектами – прекрасная возможность как-то творчески проявиться, придумать что-то свое.

– Вы сами в этом году выбрали таких разных авторов, как Брехт и Марюс Ивашкявичюс. По-моему, кроме его феерического «Мадагаскара», который привозил Римас Туминас, в России с его пьесами практически не знакомы...

– Премьера Брехта намечена на середину ноября, а «Кант» Ивашкявичюса должен выйти в конце сезона. Это замечательный текст, в котором подзаголовок звучит так: «О критике чистого разума». Но это вовсе не переложение философских трудов, а человеческая, прекрасная история. И рядом будут постановки Леонида Хейфеца, который ставит «Цену» Миллера, и «Танец Дели» Ивана Вырыпаева – очень интересная пьеса, которую я впервые услышал в чтении автора и очень захотел ее поставить... Но в результате ее ставит Туфан Имамутдинов. И еще «Враг народа» Ибсена, которого ставит Никита Кобелев...

– Какое качество вам кажется главным в вашей новой должности?

– Терпение, терпение, еще раз терпение. Так же, как когда ставишь спектакль. Если есть терпение, то все получится.

Опубликовано в номере «НИ» от 6 сентября 2012 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: