Главная / Газета 9 Июля 2012 г. 00:00 / Культура

Пиво – не диво

В Москве прошли гастроли «Киев модерн-балета»

МАЙЯ КРЫЛОВА

Выступления украинской труппы под руководством хореографа Раду Поклитару прошли на сцене РАМТа в рамках фестиваля «Летние балетные сезоны». Гости из Киева привезли три одноактных балета – «Квартет-а-тет», «Двое на качелях» и «In Pivo Veritas».

Одноактный балет «In Pivo Veritas» артисты танцуют в антураже старинного кабачка, заставленного тарой с хмельным напитком.<br>Фото: WWW.KMBTHEATRE.KIEV.UA
Одноактный балет «In Pivo Veritas» артисты танцуют в антураже старинного кабачка, заставленного тарой с хмельным напитком.
Фото: WWW.KMBTHEATRE.KIEV.UA
shadow
Широкая российская публика впервые узнала о Поклитару после того, как постановщик из Молдавии в 2001 году получил первый приз за хореографию на московском Международном конкурсе артистов балета. Номер назывался «Три грузинские песни» и отличался нетривиальным взглядом. На волне успеха молодого автора пригласили в Большой театр: ему доверили сделать современную версию балета «Ромео и Джульетта» вместе с британским режиссером Декланом Доннелланом. Спектакль вышел удачным, но в афише не задержался: наследники композитора Прокофьева заявили протест – мол, музыка великого предка сокращена и используется не так, как надо. (Еще один конфликт с наследниками у Поклитару произошел в Прибалтике: он поставил прокофьевскую «Золушку», которая тоже была отвергнута праводержателями музыки, но тут уж Поклитару не растерялся: он – и это невиданный случай в истории балета – заказал другую партитуру, под уже поставленную хореографию.)

С тех пор дерзкий хореограф обзавелся собственной кампанией в Киеве и, видимо, навек зарекся брать партитуры Прокофьева. Благо, что есть и другие композиторы, не имеющие конкретных наследников. Например, Бах, под которого поставлен балет «Двое на качелях» – опус по мотивам известной пьесы Уильяма Гибсона. К Баху прибавлено нечто знойно-мексиканское, выпеваемое страстным женским голосом. На стыке звуков, с одной стороны, возвышенно-серьезных, с дрогой – забубенно-мелодраматических рождается смысл. Это самый конкретный балет гастрольной программы, грустная история о том, как мужчина и женщина пробуют преодолеть одиночество. На сцене – две кровати, два телефонных аппарата, раскаленных от звонков, и чемодан, кочующий из одного жилища в другое. Но угловатая «растерянная» пластика, которой Поклитару наделяет своих персонажей, сразу дает понять, что гармония не светит. Герои дергаются, как марионетки, подвешенные на нитях судьбы. Невидимый и неведомый кукловод, дав Ей и Ему испытать короткую иллюзию счастья, безжалостно обрубит нити.

Нечто подобное, но более расплывчато показано в балете «Квартет-а-тет» с современной музыкой (квартет для четырех виолончелей), специально написанной нидерландским композитором Адом Маасом для «Киев модерн-балета». Квартет обильно прослоен естественными шумами типа грома во время грозы и иллюстрирован театром теней – четверка танцовщиков в полосатых трико двигается то просто так, то за полупрозрачным занавесом, освещаемым из глубин сцены. Из-за занавеса к персонажам тянутся чьи-то выпирающие под тканью фигуры. Прием придает многозначительность пластическим «разборкам»: можно подумать, что одна сторона – это сознание, другая, теневая, – подсознание, или что так переплетаются внутренний и внешний миры. Дуэты все время видоизменяются, в процессе выяснения отношений они распадаются на одиночные выступления, чтобы слиться в квартет, меняются в размерах и конфигурации – маленький человечек танцует с великаном, а фигуры благодаря подсветке сзади сливаются в нечто не совсем человеческое. Запутанность проблемы «кто, с кем и почему» проявлена наглядно: в финале четверка впадет в пластическую неразбериху, приклеиваясь друг к другу скотчем по принципу «моя нога с чужой рукой».

Последний балет – «In Pivo Veritas» – был призван разгрузить загруженное предыдущими опусами восприятие публики. Сам Поклитару называет это шоу «слабоалкогольным зрелищем», поставленным на ирландские народные песни и музыку Ренессанса. Латинская фраза «истина в вине» шутливо переведена с вина на пиво, мелодии использованных песен – из разряда развесело-застольных, а тексты, которые горланят по-английски в стиле «хорошо подвыпивших мужчин», пестрят не нуждающимися в переводе словами drink и beer. Визуальный колорит соответствующий: столы в неком старинном кабачке, заставленные тарой с золотистым хмельным напитком. По ходу балета артисты в шотландских юбках-килтах и артистки в коротких цирковых юбочках из тюля выносят ящики с пивными бутылками, катят пузатые бочонки и чокаются увесистыми кружками (пиво – не бутафорское, а настоящее). Некая девчонка обзаводится пуантом, в котором и щеголяет: одна нога – в классической балетной обуви, другая – в тапочке. Под пивные песни народ на сцене сообща веселится, под Ренессанс – переживает более интимные чувства. В общем, дивертисмент номеров, слабо связанных условным сюжетом. Так построены многие опусы Поклитару.

Пусть не все и не всегда получается гладко, «Киев модерн-балет», как пишут о нем украинские рецензенты, «пытается удерживаться на высоком творческом уровне, каким бы непосильным трудом это ни оказывалось». Эта труппа – одна из немногих на пространстве стран бывшего СССР, где практикуется современный авторский танец. Уже поэтому стоит присмотреться к компании, артисты которой самоотверженно тянут небогатую лямку танцовщика неакадемического маленького театра, в то время как в любом раскрученном варьете платят гораздо больше.

Опубликовано в номере «НИ» от 9 июля 2012 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: