Главная / Газета 27 Июня 2012 г. 00:00 / Культура

Расчеты с прошлым

В Москве проходит ретроспектива немецких фильмов

ВИКТОР МАТИЗЕН

Среди разнообразных программ Московского кинофестиваля особое место занимает германская – десять немецких фильмов из десяти десятилетий ХХ и начала XXI веков. Программа составлена по инициативе Немецкого культурного центра (Института Гете) в Москве десятью российскими киноведами и кинокритиками, каждый из которых выбрал и согласился представить зрителям одну картину.

Ретроспектива открылась знаковым фильмом Фрица Ланга «М» (1931), основанным на действительном случае «дюссельдорфского вампира» Петера Кюртена, пойманного в 1930-м и гильотинированного в 1932 году. В отличие от подавляющего большинства лент о серийных убийцах этот фильм не ограничивается показом действий преступника и сыщиков, а создает образ города, охваченного сперва страхом, а затем инстинктом погони и травли. По сути, в «М» Ланг (не без опоры на «Рождение нации» Гриффита) вводит в кино нового героя – толпу, уже ставшую к тому времени субъектом истории в якобинской Франции, революционной России и фашизирующейся Германии. В поимку маньяка (гениально сыгранного Петером Лорре) включаются не только массы полицейских, но и преступное сообщество, обеспокоенное вторжением полиции в их владения. Параллельный монтаж переносит действие из полицейской управы на воровскую сходку и назад, иронически уравнивая представителей власти и уголовного мира. Поиск преступника превращается в охоту на человека и заканчивается самостийным судом уголовников над убийцей, едва не перешедшим в расправу. То, что в творчестве Ланга этот акцент не был случайным, покажет снятая им в США «Ярость», где толпа белых будет преследовать невиновного чернокожего.

1910-е и 1920-е годы представлены соответственно «Куклой» Эрнста Любича (другие фильмы этого выдающегося комедиографа собраны в отдельную программу) и «Кабинетом доктора Калигари» Роберта Вине, часто включаемым в число наиболее значительных фильмов «всех времен и народов». В этих картинах очевиден общий мотив – кукла предполагает кукольника, марионетка – кукловода, которые через них реализуют свои планы. Безвольные орудия в руках закулисных махинаторов – еще одна важная тема, возникшая в немецком кино и отозвавшаяся в мировом. Совместная демонстрация «Куклы» и «Кабинета…» стала праздником не для любителей кино, но для любителей музыки: показ прошел в сопровождении ансамбля под управлением известного композитора Алексея Айги, написавшего к ним музыку.

Специальным событием фестиваля стал также первый в России открытый показ самого одиозного немецкого фильма – «Еврей Зюсс», снятого Файтом Харланом в 1940 году по заказу Геббельса, который лично контролировал постановку. По приказу Гиммлера этот фильм демонстрировался в войсках СС и на оккупированных территориях для разжигания ненависти к евреям. Московская премьера «Зюсса» была предварена документальной лентой Феликса Мюллера «Харлан. В тени «Еврея Зюсса», рассказывающей о том, как интерпретируют поведение Харлана и относятся к наследию режиссера его дети и внуки. Оказалось, что они в отличие от наследников Берии, Жданова, Брежнева и прочих советских деятелей своего отца и деда осуждают, хотя он был дважды оправдан судом. Более того, многие из них своей жизнью пытаются искупить его вину.

Зюсс Оппенгеймер – историческое лицо, финансовый советник вюртембергского герцога Карла-Александра, после смерти герцога повешенный за злоупотребления и за сексуальные связи с христианками.

Харлановская трактовка событий иная: торговец драгоценностями Зюсс Оппенгеймер ссужает расточительного герцога драгоценностями и начинает им кукловодить – в частности, рекомендует проложить платные дороги, что приводит к росту цен и массовому недовольству, затем подбивает своего покровителя произвести военный переворот, арестовать особо недовольных и стать абсолютным монархом, а сам в это время насильственно овладевает женой одного из взбунтовавшихся оппозиционеров, вследствие чего она топится. После смерти герцога Зюсса отдают под суд, где он заявляет, что всего лишь исполнял приказы, и приговаривают к смерти, но не за финансовые махинации, а за совокупление с христианкой. А заодно постановляют выгнать из города всех евреев, которым герцог ранее дал разрешение в нем поселиться.

Непредвзятый просмотр этой картины выявляет интересное обстоятельство: отрицательный еврей в ней только один – Зюсс, причем все, что он совершает, становится возможным лишь по воле герцога. Еще двое – звездочет и помощник Зюсса – только оказывают ему мелкие услуг, а остальные и вовсе не совершают ничего дурного. Да что там говорить, советские режиссеры намного красочнее разжигали ненависть к классовым врагам, чем Харлан к расовым. Словом, сделать из его фильма вывод о преступности всех евреев и необходимости их репрессировать мог только закоренелый антисемит или некто, патологически убежденный в том, что вина одного человека распространяется на весь народ, к которому он принадлежит. Но это не оправдывает режиссера, который не мог не понимать, с какой гнусной целью будет использовано его произведение. И о том, что он это понимал, как раз и свидетельствует отчаянный вопль его героя: «Я всего лишь исполнял приказы!», который теперь прочитывается как крик самого постановщика.

Опубликовано в номере «НИ» от 27 июня 2012 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: