Главная / Газета 19 Января 2012 г. 00:00 / Культура

Музей вслед за «Макдоналдсом»

Сергей СОЛОВЬЕВ
shadow
То, что Турция отчаянно стремится в Евросоюз, очевидно по двум приметам Стамбула. Во-первых, во всех ресторанах запретили курение. Турки пожертвовали старинным туристским специалитетом – кальяном. Теперь, если владелец заведения хочет иметь лицензию на что-то большее, чем продажа чая или кофе, о наргиле на диванах ему придется забыть. Кальянные стали похожи на опиумные салоны XIX века – есть в них что-то предосудительное.

Вторая достопримечательность куда важнее для статуса европейской страны – Музей современного искусства. Формально он открылся 7 лет назад в бывших доках района Гюльхане сразу после прошедшей здесь Биеннале. Но фактически активно работает последние два года. И, судя по темпам турецкого музейного строительства, он будет главным козырем модернизации. Здесь имеются все ингредиенты евростандарта: четыре этажа с трансформируемыми залами для постоянной экспозиции и выставок, библиотека, компьютерная медиатека, кинозал, книжный магазин и дорогой ресторан с шикарным видом на Босфор.

Сейчас в музее работают две выставки. Одна (более-менее постоянная) – о развитии турецкого модернизма. К слову, живопись в том виде, к которому привыкли в Европе, появилась в Турции только в середине XIX века. Большинство сегодняшних художников учатся или работают в Германии и Австрии. И пропасть между современным и традиционным турецким представлением о мастерстве еще более вызывающая, чем в России. Вторая выставка вызывает восторженные статьи. Называется она «Мечта и реальность» и показывает роль женщины в турецком искусстве. Начинается с первых художниц-женщин начала ХХ века (они в основном учились в Париже) и заканчивается последними творениями выпускниц берлинских и венских институтов. В общем, опять стандартный гендерный проект.

И вот тут ловишь себя на противоречивых чувствах. С одной стороны, музей contemporary art – это по-любому хорошо. Его наличие вселяет приезжему спокойствие как присутствие «Макдоналдса» на центральной площади (если и не поешь, так в туалет сходишь). Значит, страна продвинутая, открытая миру (модернизм по определению глобален), способная терпеть и воспринимать противоречивые экзерсисы художников (модернизм изначально критичен). За карикатуры стрелять не будут. Но, с другой стороны, те накатанные ходы, по которым друг за другом следуют такие музеи, все больше внушают тоску и скуку – очередной Центр Помпиду и Гуггенхайм в одном флаконе.

В Турции, как и в России, не было традиции собирания западного (и американского) искусства ХХ века. Поэтому обязательных для современных музеев Дали, Магритта, Поллока, Ротко и послевоенного Пикассо тут не обнаруживается. Зато всегда есть возможность превратить бывший склад или завод в место, куда западные кураторы будут свозить кочующие проекты, где будут продаваться альбомы Хельмута Ньютона и блокноты Moleskine. При правильном раскладе такую позицию у нас мог бы занять отдел XX века Третьяковки на Крымском Валу. Однако же не занял. И причина этого совсем не в том, что не хватило финансов, нет кураторов или достойных проектов. В Стамбуле музей частный – его учредила бизнес-вумен, близкая к правительственным кругам (тот же самый вариант, что Московский музей современного искусства, основанный Церетели). Но ему сразу позволили быть общенациональным проектом.

Разница в том, что наши чиновники и музейщики думают о «своем народе», работают на внутреннего потребителя. Им пока не очевидно, что музей может оторваться от внутренней ситуации и работать на зрителя, которого как бы нет, на некоего потенциального и еще не появившегося европейца. Или, если говорить грубо, на любителя гамбургеров, а не борщей. И то и другое, понятное дело, не идеал. Но евросоюзный глобализм дает мало выбора: или насаждаешь современность с низкокалорийной кухней-фьюжн, или доморощенные кальяны с шаурмой.

Автор – арт-обозреватель «НИ»

Опубликовано в номере «НИ» от 19 января 2012 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: