Главная / Газета 3 Октября 2011 г. 00:00 / Культура

Анархисты поневоле

Белорусская группа «Ляпис Трубецкой» устроила в Москве ультрапатриотическое действо

КОНСТАНТИН БАКАНОВ

Жесткая музыка, хлесткие слова, нестандартные рифмы и речевки, море оппозиционных флагов, фронтмен, превратившийся в боксера, и кулак, грозящий с больших экранов, – так выглядел в минувшую пятницу концерт группы «Ляпис Трубецкой» в московском клубе «Арена». Запрещенная Александром Лукашенко команда окончательно распрощалась с репертуаром 1990-х, изобиловавшим любовной лирикой («Ау», «Евпатория», «В платье белом»), и превратилась в мощный радикальный коллектив с ярко выраженной социально-политической направленностью. Лидер «Ляписа Трубецкого» теперь все больше напоминает Владимира Маяковского перед большевистским переворотом, а свою группу называет передовым отрядом музыкального сопротивления.

Лидер группы «Ляпис Трубецкой» теперь все больше напоминает боксера на ринге.<br>Фото: МАКСИМ СУДОРГИН
Лидер группы «Ляпис Трубецкой» теперь все больше напоминает боксера на ринге.
Фото: МАКСИМ СУДОРГИН
shadow
Далеко не всем москвичам, насмотревшимся на последние творения «ляписов» на YouTube и жаждущих живьем услышать «крышесносную» группу, хватило в пятницу билетов. Клуб, расположенный в пешей доступности от Белорусского вокзала, едва вместил всех, кто приехал на концерт любимого коллектива с его родины. Отдельно из Минска прибыли три автобуса с фанатами (если во всем мире фанаты выбираются «на выезды» только с футбольными командами, в Белоруссии теперь выезжают и с музыкальными). В итоге получилось, что значительная и самая активная часть публики состояла из белорусов, которые с первыми аккордами развернули бело-красно-белые флаги.

В начале этого года «Ляпис Трубецкой» – самая известная рок-группа Белоруссии – попала в «черный список» за то, что считала нужным освободить политзаключенных после декабрьских арестов в Минске. Об этом списке много говорилось, в том числе в «НИ» (в нем оказались и российские коллективы, включая «ДДТ», и даже голливудские актеры уровня Кевина Спейси). Однако если Кевину Спейси эти запреты – только для смеха и немного для пиара, «ляписы» пострадали по-настоящему: весенний тур по стране власти им сорвали – несмотря на раскупленные билеты, стали поступать звонки «сверху», и под разными надуманными предлогами все концерты отменились. Михалок и компания по-прежнему живут в Минске, но ставить их песни на радио и проводить концерты де-факто запрещено.

Сергей Михалок всегда отличался свободолюбием, но соблюдал при этом политкорректность. По мере того как над группой сгущались тучи, альбомы «Ляписа» становились жестче и радикальнее как по тематике, так и по звучанию. Когда же команду совсем лишили возможности работать на родине, ее лидер взорвался, перестал подбирать выражения и принял, что называется, открытый бой. После «аллюзорной» песни «Капитал» и откровенно социальной «Болт» (совместно с Noize MC) он снял клип Freedom Belarus. Эта мощная вещица, уже ставшая гимном белорусских «несогласных», появилась аккурат в разгар краха национальной валюты и с чувством глубокого удовлетворения была просмотрена страной на том же YouTube.

Такая вот до предела натянутая нить пронизала пятничный концерт в «Арене». Михалок, раздевшийся до спортивных трусов и вошедший в образ боксера и по совместительству безумного поэта, пару раз пытался послать залу «месседж» о том, что это все-таки концерт, а не митинг и тут полагается веселиться. Однако сам был не прочь помитинговать, периодически выдавая на гора стихи про тиранов вперемежку с фразами «Мне нравятся эти флаги», «Когда свиньи мешают, у нас появляются клыки и зубы» и главным слоганом белорусской оппозиции «Живе, Беларусь!».

Сергей в этом своем оголтело-брутальном образе был прекрасен. Из его песен смысл теперь прет, как танковый батальон, а «прозаические» тирады бескомпромиссны и решительны, как эскадра истребителей. «На территории бывшего СССР царит феодальная вакханалия, множество маленьких царьков, – толкал он свою речь, которой господин Охлобыстин со своим распиаренным лужниковским ток-шоу второй свежести должен обзавидоваться. – Только такие психи, как мы, можем вырваться за границы этой матрицы».

Лукашенко сделал все для того, чтобы «Ляпис Трубецкой» вошел в историю национальной культуры, заняв место гонимого советского рока 1980-х. Недаром же Сергей обратился именно к этой эпохе, из которой тащит теперь «каверы». Не на Цоя, конечно: Цой – это для «Ляписа» будет банально. А на «Комитет охраны тепла» (их рэгги-вещица «Африка» сделана Михалком идеально), на украинскую команду «Брати Гадюкiни» (песня «Наркомани на городi») и – уже после окончательного запрета – на «Гражданскую оборону». С лидером последней Егором Летовым он проводит прямые параллели: мол, «Гражданская оборона» выступала в родном Омске очень редко – прямо как теперь мы в Минске.

Вообще, вся радикальная эстетика рок-шоу от «Ляписа Трубецкого» отсылала нас прямиком в 1980-е, и в частности к историческому концерту в Подольске. Огромная очередь на вход, жесткое музыкальное «мясо» вкупе с отвратительно выстроенным звуком, настоящий «отжиг» в партере, абсолютный авангард в поэзии, музыке и подаче, ощущение сладкой внутренней свободы (по крайней мере, для белорусов) – все это можно и нужно рассматривать в контексте конкретной ситуации с запретом группы. Как в контексте конкретных ситуаций следует рассматривать многое в живописи и литературе.

При этом личность Сергея Михалка будет поинтереснее тех, кто «взрывал» гитарными грифами советскую систему. Строение его мозга – совершенно фантастическое. Помимо моря четверостиший-эпиграфов, сопровождающих каждую вторую песню, и политических речей он выдает экспромтом сложносочиненные тирады в прозе, веселя почтенную публику. И эти многочисленные па от «боксера» Михалка – вовсе не уколы в адрес исключительно Лукашенко (за весь концерт эта фамилия не была произнесена ни разу). Берите больше: это удары по всей нашей поп-культуре, по избыточной толерантности, по медиапропаганде, по системе приспособленцев, по всему томительному застою, который нас окружает – в Белоруссии ли, в России или Казахстане. Даже Шевчук, наш питерский музыкальный проповедник, так не встряхивает.

Прежнему репертуару – ноль внимания! Мы наш, мы новый мир построим! Революционный держите шаг! Какое там «Это любовь, с ней рядом амур»? Минимальная доза лирики – в песне «Рамонки». «Хочешь быть разбойником – не люби принцессу», как поется в одной из новых вещиц «ляписов».

Из всей белорусской хард-лавины в этой программе выбивается только одна песня – спокойная «Верю», которую, впрочем, тоже разбирают по косточкам многочисленные блогеры на религиозных форумах. Здесь у Михалка, напротив, царит полнейшее смирение и гармония: «Я верю в Иисуса Христа, я верю в Гаутаму Будду, я верю в пророка Мохаммеда, я верю в Кришну, я верю в Гаруду». Возможно, такой рай и видится ему приятной и прекрасной перспективой. Но пока...

«Мы точно знаем, что главное – сохранить в себе священный огонь, – завершал очередной раунд своего боя анархист поневоле Михалок, прыгая и подтягивая трусы. – Главное – не быть барельефом, быть все время живым, как та маленькая лягушонка в сметане. Вечным мотором, вечным метрономом... Не будьте скОтом, думайте своей головой, вырывайтесь из матрицы...»

Опубликовано в номере «НИ» от 3 октября 2011 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: