Главная / Газета 5 Апреля 2011 г. 00:00 / Культура

Нация собирается в Интернете

Ольга ЕГОШИНА
shadow
Идея создать в России актуальный, злободневный, политический театр давно муссируется в печати, в среде деятелей искусства и даже в речах инновационно настроенных чиновников. Театральные инноваторы не раз по этому поводу встречались и с Правой рукой президента, и с его Левой рукой, и с самим президентом. Просили, как водится, денег, а для полного счастья – специального президентского указа. Чтобы, дескать, указали – быть театру актуальному, злободневному, инновационному, и прочее и прочее. Власти относились с пониманием и сочувствием к благонамеренности вопрошавших. Но… актуальный, политический и злободневный театр, хоть ты тресни, – не получался.

Когда-то Мандельштам делил все художественные произведения на «разрешенные и написанные без разрешения. Первые – это мразь, вторые – ворованный воздух». И пусть в наши толерантные времена жесткие кары великого поэта, которые он был готов обрушить на головы авторов «заведомо разрешенных» произведений, кажутся неоправданно жесткими (бить палкой по голове, запретить вступать в брак и иметь детей), но по сути, как ни смотри на вещи инновационно, а Мандельштам прав.

Созданный по высочайшему указу политический театр невозможен и нежизнеспособен. Грош цена смелости, если ты просишь на нее разрешение властей. Грош цена актуальности, если на нее нужна госдотация.

В результате самый что ни на есть настоящий политический российский театр возник там, где его никто не ждал. На мало кому известном телеканале «Дождь» 16 февраля текущего года появился первый мини-спектакль в общей рубрике «Поэт и гражданин». Писатель, журналист, историк, поэт и критик – настоящий человек Возрождения, Дмитрий Быков и не нуждающийся в представлениях актер Михаил Ефремов вдвоем создали театр, о котором все вокруг так долго мечтали. Живой, мобильный, талантливый, откликающийся на больные темы дня: от скандала вокруг фонда «Федерация» до революций на Ближнем Востоке, от письма 55 с просьбой защитить судебную систему до общественного давления и разоблачений помощницы судьи Данилкина. В общем, тот самый, когда «утром в газете, а вечером в куплете».

За полтора месяца с небольшим этот скромный телетеатрик стал известен, если не всей стране, то, по крайней мере, большей части ее интернет-пользователей. Кстати, давнее наблюдение Вольтера «нация собирается в партере» впору перефразировать. Нация теперь собирается исключительно у компьютерных экранов.

Помещая злободневные сюжеты в строгие рамки классических образцов, Дмитрий Быков следует давней сатирической традиции, одновременно поверяя век нынешний прошедшими веками. В его «Горе от ума» Фамусов уговаривает Софью подписать… письмо в защиту медицины: «Молчалин подписал, Данилкин подписал… и даже Тина Канделаки»! Дочь сопротивляется: «Что будут говорить Обама, Камерон и… Марья Алексеевна». Грибоедовские персонажи и персонажи дня сегодняшнего свободно перемешиваются, создавая особый мир. В нем лисица с табличкой «Федерация» может уговаривать ворону пожертвовать сыр на благотворительные нужды, а заодно посетить концерт: «Да там передо мной сам Путин будет петь. И песнь о Родине сыграет на рояле!»

Прекрасный актер Михаил Ефремов превращает острые тексты напарника в отточенные театральные мини-спектакли. Меняя костюмы (то гусарский мундир, то сюртук по моде пост-наполеоновской Москвы), прически, аксессуары, он легко примеряет маски персонажей. И держит дистанцию для комментариев чтеца – умного, сдержанного, умеющего паузой дать фразе дополнительный объем, интонацией подчеркнуть самые удачные словосочетания и легко завуалировать неточную рифму…

Политический театр – дело в нашей стране отнюдь не безопасное. И, казалось бы, кой черт понес на эту галеру людей, к политике до сих пор не слишком склонных, не бойцов, не задир, скорее, по складу характеров эпикурейцев, к тому же счастливо реализовавшихся в своих вполне мирных профессиях? Причин, наверное, много и разных, в том числе личных. Общая же причина, сейчас толкающая самых далеких от политики людей в эту скучную, нечистоплотную, скандальную область, – ощущение края.

Когда-то Галич посвятил стихи прекрасному прибору – говномеру, мирно стоявшему у въезда в Серебряный бор и сигнализирующему об уровне наполненности ассенизационной ямы: «Все было пасмурно и серо, И лес стоял, как неживой, И только гиря говномера Слегка качала головой».

Сейчас гиря общероссийского говномера явно показывает: караул! Уже не только под ногами чавкает – под горло подступает. Ставя крест на карьере, Наталья Васильева (героиня первого сюжета Михаила Ефремова и Дмитрия Быкова) рискнула поведать о том, что творится за закрытыми дверями суда: «Русская баба Наташа Васильева все рассказала как есть». Тандем Дмитрия Быкова и Михаила Ефремова затеял рисковую игру, похоже, не столько в надежде на выигрыш (против весь опыт российской истории), сколько потому, что молчать уже невмоготу.

Автор – театральный обозреватель «НИ»

Опубликовано в номере «НИ» от 5 апреля 2011 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: