Главная / Газета 20 Декабря 2010 г. 00:00 / Культура

«Хочешь поговорить об этом?»

Фестиваль правозащитного кино «Сталкер» предложил режиссерам выговориться на злободневные темы

ЕКАТЕРИНА БАРАБАШ

В Москве завершился фестиваль правозащитного кино «Сталкер». Демонстрировались 93 фильма, из них 19 полнометражных, 26 короткометражных документальных, 5 короткометражных игровых. Все так или иначе связаны с правами человека.

Начался фестиваль новой картиной Алексея Балабанова «Кочегар» о смутных 90-х, о том, как на фоне угрюмого душевного обнищания страны оставались живы представления о чести. Этот фильм в определенном смысле задал тон не только всему фестивалю, но и возможным размышлениям о том, далеко ли ушло с тех времен вперед правозащитное сознание. Появившийся с легкой руки телевизионщиков термин «лихие 90-е» почему-то многих сбивает с толку, пытается сконцентрировать на себе внимание как на печальном периоде жизни страны, когда вокруг властвовал криминал, а жизнь человеческая не стоила полкопейки. Словно сейчас властвует что-то другое, а жизнь стала стоить хотя бы копейку…

Чтобы доказать этот нехитрый тезис, и существует, очевидно, «Сталкер», взявший свое название от имени главного героя фильма Тарковского – того героя, который привык без всякой надежды что-то обрести из раза в раз ступать в Зону, откуда можно и не вернуться. Все без исключения герои фестивальных фильмов так или иначе ущемлены в правах – потерявшийся в московском омуте герой «Другого неба» Дмитрия Мамулии, растворившийся в вязком российском воздухе художник из «Пропавшего без вести» Анны Фенченко, измученная тревогой за сына героиня «Обратного движения» Андрея Стемпковского, брошенные отцом девчонки из «Компенсации» Веры Сторожевой. Такая уж наша действительность: бери любое кино на современном российском материале – в область нарушения прав человека попадешь непременно. И это главный, невеселый вывод, который делаешь по окончании «Сталкера».

Второй вывод, и тоже невеселый: такое положение дел позволяет организаторам «Сталкера» не слишком заморачиваться проблемой отбора картин на фестиваль. За всякий фильм, который дали на фестиваль, спасибо, всякий сойдет – во всяком легко найти искомую составляющую, ту самую необходимую правозащитную часть. Поэтому при несомненном благородстве задачи художественный уровень «Сталкера» не всегда высок. Например, «Южный календарь» Дениса Карро из главной конкурсной программы. Или «Красный лед. Сага о хантах Югры» Олега Фесенко. И даже рассыпанные по унылому фону жемчужинки – «Возвращение Маргариты Барской» Марины Малаховой, «Виктор Астафьев. Веселый солдат» Андрея Зайцева, «Рукописи не горят. Дело Василия Гроссмана» Сергея Головецкого, «Прима» Георгия Параджанова – общую картину хоть и украшают, но спасти не в состоянии. При всей болезненности и остроте темы прав человека ни на каком кинофестивале кино как таковое не должно быть на птичьих правах. На «Сталкере» же девять фильмов из десяти – необходимый, но все же придаток к теме. Интересно, что фестиваль отчасти финансируется государством – деньги на него выделены Министерством культуры. И следовательно, государство предлагает поговорить о правах, которые в нашей стране нарушаются часто. «Хочешь поговорить об этом?» – обычно спрашивает в американском фильме своего подопечного заботливый психоаналитик, понимая, что главное для пациента – выговориться, привлечь внимание к своей проблеме. Правда, на этом помощь заканчивается. Так же и с правами: поговорили – разошлись, вдруг да легче станет.

Опубликовано в номере «НИ» от 20 декабря 2010 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: