Главная / Газета 1 Ноября 2010 г. 00:00 / Культура

Неутомленный налогом

«Михалковский сбор» на цифровые носители уже начал действовать, но куда пойдут деньги – неизвестно

ЛЮДМИЛА ПРИВИЗЕНЦЕВА, ВИКТОР БОРЗЕНКО, МАРИЯ МИХАЙЛОВА

С сегодняшнего дня Российский союз правообладателей (РСП), созданный меньше года назад режиссером Никитой Михалковым, начинает собирать налоги с импортеров и производителей звукозаписывающей техники. Помимо техники в список облагаемых налогом товаров попали и цифровые носители (флэшки, CD, DVD и прочее).

Фото: ВЛАДИМИР МАШАТИН
Фото: ВЛАДИМИР МАШАТИН
shadow
Согласно постановлению, подписанному на днях Владимиром Путиным, собранные суммы будут направляться авторам музыки и создателям кинофильмов, поскольку именно их произведения наиболее часто используются незаконно – выкладываются в Интернете, тиражируются пиратскими копиями, проигрываются на дискотеках и в клубах, – что наносит авторам ущерб. Новый налог, прозванный в народе «налогом на болванки», составляет 1% от стоимости товара. Следовательно, как минимум на 1% подорожает в ближайшие дни мультимедийная техника. Эту информацию подтвердили «Новым Известиям» не только продавцы, но и представители михалковского союза.

«По идее налоги должны платить импортеры и производители. Но поскольку они все свои издержки привыкли перекладывать на потребителя, то введение налога отразится на покупателях, – говорит «НИ» Андрей Кричевский, генеральный директор РСП. – Но цены вырастут минимально. Телефон, допустим, стоит 7 тысяч рублей. 1% от этой суммы – 70 рублей. Вот на эти 70 рублей и подорожает телефон».

Такое «минимальное» повышение цен уже вызвало волну возмущения. В эти дни в Интернете набирает популярность акция «30 копеек для режиссера»: блоггеры призывают отправлять в союз Никиты Михалкова легальный контент (т.е. диски, на которые записаны, например, семейные фотографии) и шесть монет по пять копеек, что является намеком на библейские 30 сребреников. Помимо блоггеров с введением «налога на болванки» не согласны и некоторые деятели культуры. В частности, режиссер Марк Розовский заявил «Новым Известиям»: «Мне не нравится, что этот однопроцентный побор будет принадлежать кому-то одному, стекаться в одни руки. Это непонятно. Потому что все мы тогда окажемся зависимыми от этого человека и от его организации. Я, например, руковожу государственным театром и тоже являюсь правообладателем. Я вижу, как в зале иногда зрители записывают фрагменты спектаклей на мобильный телефон. Но меня никто ни в какой союз не приглашал, я даже раньше о существовании этого союза не слышал. Раз никто об этом не знает, значит, это некий «междусобойчик». Здесь, мне кажется, нарушены как этические, так и чисто юридические нормы. Впрочем, поживем–увидим».

Представители РСП заявляют, что никакие юридические нормы не нарушаются, поскольку сбор и распределение средств будут осуществляться в соответствии с Гражданским кодексом РФ. Согласно этому кодексу, 40% собранных денег пойдет кинематографистам и авторам музыки, 30% – исполнителям музыкальных произведений и еще 30% – изготовителям фонограмм и другой аудиовизуальной продукции. При этом организация Михалкова обязана ежегодно представлять подробный отчет Росохранкультуре о том, сколько денег собрано, кому выплачены авторские отчисления и сколько потрачено на содержание РСП. И все же, несмотря на эти разъяснения, налог оставляет много вопросов. Продюсер Иосиф Пригожин сказал «НИ»: «Пока я не могу понять, что это за налог и каков будет механизм этой системы. Мне вообще кажется, что это бессмыслица – брать налог с чистых носителей и записывающих устройств. Невозможно ведь доказать, что кто-то технику использует для пиратских записей. Например, я сегодня записал на свой телефон Стинга, а завтра стер и записал Валерию, но кто сможет это подтвердить? Я уже не говорю о том, насколько это взвинтит цены на технику. Айфон в Америке стоит 300 долларов, а в России – около тысячи, так зачем еще повышать эту цену? Кроме того, совершенно непонятно, как этот союз будет выплачивать деньги авторам. Это может получиться просто «михалковский» налог на технику. Деньги пойдут неизвестно куда». Подобные вопросы задавались не раз на протяжении последних месяцев. Почему именно РСП будет собирать налоги? Кто может претендовать на «авторские отчисления»? Как будут распределяться эти средства? С какой стати в списке товаров оказались стационарные телефоны, в которых нет функции звукозаписи?

На минувшей неделе, когда за михалковским союзом было закреплено право собирать налоги, эксперты заявили, что правительство приняло скоропалительное решение. Впрочем, у этой скоропалительности есть свое обоснование. Все страны Евросоюза (за исключением Люксембурга) ввели авторские сборы еще полвека назад, едва появились магнитофоны с функцией звукозаписи. Не миновал этот налог и США, где действуют сразу три собирающих организации: Alliance of Artists and Recording Companies – для артистов и правообладателей, ASCAP/BMI/SESAC – для авторов и Harry Fox Agency – для издателей. Разве что в Австралии такой налог был признан неконституционным и отменен. Для России введение налога – необходимое условие, поскольку для вступления в ВТО страна должна победить пиратство по всем фронтам. Другой вопрос, какими средствами ведется эта борьба. Дело в том, что помимо РСП на сбор авторских отчислений претендовало Российское общество по смежным правам (РОСП). Фактически за РОСП было закреплено такое право еще в 1990-х годах, однако авторские отчисления не собирались, поскольку все условия сбора вплоть до 2008 года не были прописаны законодательно. В итоге РОСП могло приступить к сбору авторских отчислений только в 2008 году, но и тогда дело оставалось за малым – в перечне документов не хватало Постановления Министерства культуры о ставке и порядке сборов.

В этом году постановление, наконец, появилось. «Однако здесь оказалось, что у нас есть конкурент в лице РСП, – говорит «Новым Известиям» Анжелика Коротаева, исполнительный директор РОСП. – Получается, что мы на протяжении многих лет готовили поле деятельности, а играть на этом поле будет другой».

Таким образом, в середине 2010 года РСП и РОСП стали конкурентами. Кто из них получит право собирать авторские отчисления, должна была решить аккредитационная комиссия Росохранкультуры. И, как известно, она отдала предпочтение РСП (михалковскому союзу). «Нам совершенно не понятен этот выбор, – продолжает госпожа Коротаева. – Мы занимаемся вопросом отчислений с 1995 года, наработан опыт, механизмы, законодательная база. И опытного игрока предпочли начинающему? На каком основании? Мало того, мы считаем, что Росохранкультура нарушила закон. В частности, было нарушено Положение о государственной аккредитации организаций, осуществляющих коллективное управление авторскими и смежными правами. В соответствии с пунктами 18 и 19 по итогам заседания 20 сентября аккредитационная комиссия в пятидневный срок должна была выдать аккредитацию, а она молчала больше месяца. Мы уже выступили с протестом, направили запрос в Министерство культуры о признании решения Росохранкультуры недействительным. И готовим иск в суд».

Между тем в Росохранкультуре не считают, что законодательство было нарушено, не закрываются от прессы и, кажется, готовы часами объяснять, почему предпочтение было отдано именно михалковскому союзу, а не РОСП. «РСП выиграл конкурс, потому что обладает более четким представлением о развитии рынка и в своей деятельности опирается на уже действующую аккредитованную организацию – Российское авторское общество (РАО), – говорит «Новым Известиям» Георгий Сытенко, начальник отдела охраны авторского и смежных прав Росохранкультуры. – На заседании аккредитационной комиссии мы не нашли обстоятельств, которые бы не позволили нам выдать аккредитацию РСП. А вот показатели РОСП нас не удовлетворили. Претендентам были заданы одни и те же вопросы, например, как будете собирать? С кого? Нужна ли помощь сообщества и по каким вопросам? Как будете решать вопросы с таможенными службами? РОСП нам представил динамику развития рынка техники и носителей за 2007–2009 годы. А сейчас, после кризиса, рынок другой. И мы поняли, что РОСП не владеет новой информацией. РСП представил подробно все аспекты своей будущей деятельности: детальные схемы сбора, осветил роль таможни, принцип работы с ней. А кроме того, за РСП стоит Союз кинематографистов, а значит, субъектами авторского права станут те, чьи права у нас в стране никогда не охранялись, – актеры, режиссеры, операторы, сценаристы».

Пресс-секретарь Российского авторского общества Марина Мурадова подтвердила «Новым Известиям», что РАО стало одним из соучредителей РСП. «И потому готово всячески помогать этой организации, – сказала она. – Мы заключили договор с РСП о сотрудничестве в интересах авторов. Я убеждена, что, когда за дело возьмется РСП, авторы только выиграют».

Непонятно одно: для чего все же нужна организация, собирающая налоги с пустых носителей. К тому же, вопрос о том, насколько выиграют авторы, требует отдельного рассмотрения. Например, Юрий Антонов, Петр Налич и Олег Митяев о предполагаемых авторских отчислениях узнали только от корреспондентов «Новых Известий». Причем это лишь часть музыкантов, которым дозвонились «НИ», но очевидно, что еще сотни людей не предполагают, что могут получать проценты от налоговых сборов. Мало того, чтобы получать полагающиеся отчисления, автор должен стать членом РСП, предварительно оформив целый ряд документов. То есть для большей надежности автор должен сам установить контакты с михалковским союзом, поскольку авторов много, а РСП один.

Но больше всего удивляет то, что РСП намеревается всего лишь 15% собранных налогов отправлять авторам. Гораздо большие средства (25%) уйдут на содержание аппарата организации, а 60% направится в специальный фонд при РСП для развития кинематографии. Правда, неясно, почему фонд занимается кинематографией, а не развитием классической музыки или, например, библиотечного образования в России. «Мне такой расклад совершенно не понятен, – говорит «НИ» Марк Розовский. – Мы боремся с коррупцией одной рукой, а другой рукой эту коррупцию созидаем. Во всяком случае, возможности для коррупции созидаются. Потому что мне непонятно, кто будет это контролировать, каким образом и почему именно этой организации даны все права. Чем она заслужила право решать за всех – кому дать, а кому не дать. Вот это все та самая империя и имперский взгляд, когда решает император. У нас наглядный пример этих заблуждений. Художник, безусловно, имеет право изъявлять свои убеждения, но когда это переходит в реальную практику и делает одних людей зависимыми от других, то выстраивается империя. А такой имперский подход, я считаю, противоречит Конституции».

По самым скромным подсчетам, величина собранных налогов составит 100 млн. долларов в год. Подчеркнем, что эта сумма будет формироваться за счет рядовых покупателей. Причем в этом тоже есть доля несправедливости, поскольку среди покупателей мультимедийной техники много тех, кто никогда не скачивает музыку на мобильник, не поет под фонограмму и не смотрит пиратские диски (например, пенсионеры, приобретающие мобильные телефоны). Немало и тех, кто никогда не пользуется российскими ресурсами. За что они должны платить?

Впрочем, в РСП на это пока смотрят сквозь пальцы и рисуют радужные перспективы нового налога. «Наша первоочередная задача заключается все же в том, чтобы компенсировать потери авторов, композиторов, изготовителей фонограмм и других от частного копирования, – говорит Андрей Кричевский. – Человек покупает лицензионный диск и копирует его в компьютер, плеер, телефон. А должен был бы купить лицензионный продукт и для телефона, и для плеера, и для компьютера». На вопрос «НИ», каким образом будут распределяться деньги среди авторов, господин Кричевский ответил: «Распределение происходит на основе фактических данных об использовании произведения. Они получаются из различных источников, например, по музыке – от РАО и ВОИС (Всероссийское агентство интеллектуальной собственности. – «НИ»), которые имеют отчеты о публичном исполнении на концертах, дискотеках, радио, в ресторанах и на других площадках. Кроме того, к нам поступают данные о продажах дисков, посещении кинотеатров. Логично предположить, что тех, кого слушали и смотрели больше всего во время публичного выступления, того и скачивали больше всего. Рейтинг популярности на публичном исполнении, мы считаем, полностью соответствует рейтингу популярности при частном просмотре, прослушивании и копировании. На основе этих данных мы будем выплачивать авторские вознаграждения. Желательно, чтобы авторы заключили с нами договор, это позволит более четко осуществлять расчет. А о том, что львиная доля сборов (60% – «НИ») уйдет в фонды, которые будут созданы РСП, – говорить не стоит. Эти фонды пока не созданы».

Вполне возможно, что в ближайшее время вырастут цены не только на мультимедийную технику и носители информации. Вслед за успехом михалковского плана депутаты Госдумы выступили со встречной инициативой – обложить налогом в 2% доходы от интернет-услуг провайдеров и мобильных операторов, поскольку с их помощью фильмы и музыку тоже можно скачивать (а это еще 30 млн. долларов в год).


Александр ОНИЩУК, президент Российской ассоциации торговых компаний и товаропроизводителей электробытовой и компьютерной техники (РАТЭК):
– Больше всего меня беспокоит то, что в результате действия этого постановления будут созданы неравные условия для мелких и крупных производителей и продавцов. Большинство мелких организаций не будут отчислять деньги напрямую, а обратятся к крупной, чтобы она это делала за них. Очень многих производителей и продавцов беспокоит то, что придется открывать коммерческие тайны своих поставщиков или даже производителей комплектующих. Конечно, здесь многое зависит от того, как РСП будет собирать налог и контролировать рынок. Но целесообразно было бы установить переходный период, во время которого и выявятся все плюсы и минусы этого нововведения. Мы обязательно будем следить за развитием ситуации. Не исключено, что будем выходить на правительство с поправками к принятому положению.

Антон НОСИК, интернет-эксперт:
– С одной стороны, сама по себе идея справедлива и разрубает сразу все гордиевы узлы современного авторского права. Но меня беспокоит другое. Никита Михалков почему-то 25% собранных денег берет себе за хлопоты. А какие у него, собственно говоря, хлопоты? Собирают деньги налоговики. Михалков не стоит на таможне со сканером, не проверяет каждый компакт-диск, ввозимый в страну. Это делают другие люди, это делает государство. Но почему-то он за свои хлопоты забирает себе 25%. И только лишь 15% он обещает распределить между правообладателями. Получается, что из всей собранной суммы эти 15% будут распределены так, как по уму нужно распределить все 100%. Мало того, давайте возьмем устав РАО и посмотрим, что в нем говорится про способ распределения денег? Мы от имени авторов, которых не видели в глаза, собираем деньги. Мы не знаем ни кто этот автор, ни где он живет, и вообще, не псевдоним ли это, не умер ли он триста лет назад? Мы просто собираем деньги за всех, кто нам это не запретил. Однако никаких обязательств о том, как автора искать, в уставе не прописано. Зато по прошествии определенного времени, если РАО вас не нашло, ваши деньги за ваше произведение становятся собственностью РАО. Они получают налог за то, что они вас плохо искали. То есть ваши деньги становятся их деньгами. Это та система распределения авторских выплат, которая существует в России. РАО является партнером Михалкова в этом предложении. Для того чтобы получать деньги от РСП, нужно зарегистрироваться в союзе, но представит ли союз им полный отчет обо всех деньгах, собранных от имени кого бы то ни было? Сможет ли человек с улицы прийти и поинтересоваться, сколько собрано за его песню, фильм или книгу? РАО никому этой информации пока что не предоставляет.
Давайте посмотрим на проблему с другой стороны: вводится налог, как вводится акциз на сигареты и алкоголь, вводится акциз на компьютерные носители, а следующий закон будет о средствах мобильной коммуникации. По поводу того, как собирают, у меня сейчас нет ни малейших возражений. А вот в части распределения – полный кошмар. Человечество давно придумало, как сделать это честно. Если есть тот, кому доверяют деньги, то над этим кем-то должен быть жесточайший, независимый контроль. Контролирующие органы не должны быть ни друзьями, ни кумовьями, ни сватьями, ни материально зависимыми от распределяющей инстанции людьми. Они должны быть сторонние, независимые, уважаемые наблюдатели. Кроме этого распределение должно быть полностью публично и полностью прозрачно. Речь идет о деньгах, которые вынимаются из моего кармана, и у меня есть право контролировать, как они расходуются. И бюджет организации Михалкова должен быть абсолютно прозрачен для нас. Мы должны знать все до копейки. Сколько Михалков получает, сколько он платит за квадратный метр своего кабинета, сколько получает его секретарша, сколько тратится на цветы, конфеты и служебный транспорт. Это прозрачность. Так работают управляющие деньгами в странах, где хотят предотвратить воровство денег. Но пока механизмов общественного контроля и полной подотчетности михалковской структуры обществу не представлено. Я надеюсь, что в будущем об этом заговорят и задумаются.

Мирослав САРБАЕВ, директор сетевого сообщества творческих людей Kroogi.ru:
– Я считаю, что новый налог – правильная идея. Ведь 1% с продаж – это незаметная сумма, которая не сыграет большой роли для потребителя с точки зрения купить или не купить тот или иной предмет. Но, наверное, стоит обеспокоится тем, каким образом эти деньги будут распределятся дальше. Для этого надо всю систему держать прозрачной, чтобы любой мог увидеть, как это работает. Аналогичные системы вводились и вводятся в ряде стран. Например, иногда в стоимость интернета, который люди покупают за десять долларов в месяц, входит налог, который попадает в аналогичные фонды. Если бы налог был не 1%, а 30%, то можно было бы говорить, что есть какая-то несправедливость. Но 1% – это немного. Я сейчас живу в Сан-Франциско, и там за любую вещь, которую я покупаю, приходится платить сверх всех налогов еще 9,75%. И из этих денег 7% берет себе штат Калифорния и около 2% берет город на свои нужды. Но даже если бы я там не жил, а заехал один-единственный раз, то все равно бы заплатил эти 2%, чтобы жители города держали дороги в порядке, или строили убежища для бездомных, или на бесплатную медицину. В этом есть некая вселенская справедливость.

Записали Людмила ПРИВИЗЕНЦЕВА и Мария МИХАЙЛОВА

Опубликовано в номере «НИ» от 1 ноября 2010 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: