Главная / Газета 27 Октября 2010 г. 00:00 / Культура

В погоне за временем

Артисты Мариинского театра задумались над смыслом жизни

СВЕТЛАНА РУХЛЯ, Санкт-Петербург

В Мариинском театре прошла первая премьера сезона – «Средство Макропулоса» чешского классика Леоша Яначека в постановке художественного руководителя Бирмингемской оперы, мэтра оперной режиссуры Грэма Вика. Вслед за композитором постановщик поменял акценты, расставленные автором пьесы Карелом Чапеком, и заставил задуматься «о ценности смерти».

Режиссер перенес действие в интерьеры эпохи модерн.<br>Фото: С САЙТА МАРИИНСКОГО ТЕАТРА
Режиссер перенес действие в интерьеры эпохи модерн.
Фото: С САЙТА МАРИИНСКОГО ТЕАТРА
shadow
История гречанки Элины Макропулос, волею рока оставшейся вечно молодой, известна еще с советских времен, когда на экраны вышел фильм «Рецепт ее молодости» с Людмилой Гурченко в главной роли. Выполняя волю короля Богемии, с подачи которого и началась погоня за вечностью, придворный лекарь Иероним Макропулос опаивает чудодейственным зельем собственного производства свою юную дочь Элину. Вот только об успешности эксперимента ни умершему королю, ни сгинувшему в тюрьме изобретателю узнать было не суждено.

Элина (в Мариинском театре ее играет Екатерина Попова) предстает перед зрителями в возрасте 337 лет. За три века своей жизни она не раз меняла имя и на четвертой сотне стала Эмилией Марти. Ее выходу предшествуют истеричные восторги Кристины: «Эта Марти, о Боже, как она прекрасна!» Но когда на сцене появляется Марти (на вид ей не больше тридцати лет), все равно остается ощущение, что перед нами женщина с очень большим прошлым. Актриса Екатерина Попова сыграла ее с намеком на Патрик Кэмпбелл – героиню пьесы «Милый лжец», которая сообщает в одном из писем Бернарду Шоу: «Мне никогда не будет больше 39 лет, ни на один день!»

Малознакомая музыка («Средство Макропулоса» только семь лет назад приоткрыли для российского слушателя Дмитрий Бертман и его «Геликон-опера»), почти механические ритмы, не прописанное в программке по актам содержание (бегущая строка переводит диалоги, но не поясняет расстановку сил), и на тебе – пусть холодноватое в первых двух актах, но напряженно-внимательное участие зала. Коктейль из готики (магическую книгу с пятнами крови заменяет старинный манускрипт), декаданса и черного юмора оказывается чрезвычайно современным и востребованным. В зале много молодых лиц, но не пришлось услышать ни одного дурного слова, скорее искренние попытки соучаствовать в действии.

Вечная молодость (а в проекции – вечная жизнь) – тема для современного общества болезненно актуальная. Словно бы в насмешку над вековыми иллюзиями человека победить свою бренность чудодейственный рецепт оказывается написанным на занавесе – вот она вожделенная мечта, только руку протянуть… Вот только нужна ли она, эта вечная жизнь? Мертвенно-холодная и взвинченная, с неистребимой печатью скуки и тлена, Элина Макропулос так и не воспользуется рецептом, способным продлить ее жизнь на очередные триста лет. Только разобьет походя жизнь застрелившегося от безнадежной любви юноши, только поставит вопросы, на которые каждый отыщет ответ по себе… Сама же шагнет в небытие, олицетворяемое черной полосой на авансцене, безвольно и обреченно опустится на суфлерскую будку. Пронзительно-жалкая на фоне занавеса с вожделенным рецептом, стремительно покрываемого плотной чернотой другого занавеса. И получится совсем по Фрейду: «Целью всякой жизни является смерть». Впрочем, для самой Элины все это вряд ли окажется драмой. «Смотрись каждый день в зеркало, и ты увидишь, как смерть трудится в тебе, как пчела в стеклянном улье», – писал Жан Кокто. Даже страшно представить, что можно разглядеть в себе за триста с лишним лет.

Опубликовано в номере «НИ» от 27 октября 2010 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: