«Овсянки», сэр

Венецианский кинофестиваль в этом году открывается фильмом Даррена Аронофски «Черный лебедь» с участием Натали Портман, Винсента Касселя, Милы Кунис, а завершается 11 сентября шекспировской сказкой «Буря» от Джули Тэймор. Кроме того, в его программе еще один фильм на сказочный сюжет – «Спящая красавица» Катрин Брейя. Этой картиной откроется программа «Оризонти», представляющая самые яркие и нестандартные работы, в прямом смысле слова прокладывающие «новые горизонты» кинематографа.

То, что Венецианский фестиваль – крепкий орешек, который не по зубам ни критике, ни соперникам, стало особенно очевидно в этом году. Пока критики ругали откровенно слабую программу Каннского кинофестиваля, Венеция готовилась к борьбе. В итоге в программе фестиваля оказалось 79 мировых премьер как от маститых, так и начинающих режиссеров. В этом году состав жюри что Каннского, что Венецианского фестивалей отражает две тенденции. С одной стороны, окончательно образовался поворот в сторону масскульта: Тим Бертон (возглавлявший жюри в Каннах) и Квентин Тарантино (председатель жюри в Венеции) – личности, конечно, харизматичные и известные, но формат их не совсем попадает под раздел фестивальной классики. Хотя с другой стороны, и мастодонты эпохи «новой волны» рано или поздно должны были перевестись.

Поэтому в этом году Тарантино будет предводительствовать разномастной коллегией судей, в которую вошли мексиканский сценарист Гильермо Арриага (автор сценариев к фильмам «Сука-любовь», «21 грамм» и «Вавилон»), французский режиссер и сценарист Арно Деплешен, американский композитор Дэнни Элфман и два кинематографиста из Италии – Лука Гуаданино (которого критики в прошлом году хвалили за фильм «Я есть любовь» с Тильдой Суинтон) и Габриэле Сальваторес. От постсоветского кинематографа в жюри фестиваля вошла Ингеборга Дапкунайте.

Налицо еще одна тенденция: фестиваль потихоньку рекрутирует в ряды жюри самолично же открытых кинематографистов, составляя тем самым эдакую венецианскую гвардию. Понятно, что по правилам в жюри «Оризонти» входит прошлогодний победитель, чем объясняется председательство лауреата прошлого года, иранской художницы Ширин Нешат, но компанию ей составит филиппинец Лав Диас, выигравший со своей «Меланхолией» программу пару лет назад.

Нельзя не порадоваться, что в основную программу фестиваля в этом году вошел российский фильм «Овсянки» Алексея Федорченко. Федорченко, собственно, и открытый венецианским фестивалем, в России пока личной армии фанатов не обрел, и хоть кино он делает весьма добротное и самобытное, поверить, что у него есть серьезные шансы – пока трудно. Для наглядности: соперничать ему придется с уже упомянутым Аронофски, Софией Коппола (с новой работой «Где-то», снятой после долгого перерыва по автобиографической истории взаимоотношений между знаменитым отцом и его дочерью), Франсуа Озоном с его «Вазой», Ричардом Льюисом, фильм которого «Версию Барни» должен промоутировать сыгравший в нем главную роль Дастин Хоффман, а также Венсент Галло с картиной «Обещания, написанные на воде». А ведь есть еще Джулиан Шнабель с работой «Мираль», новые ленты Тома Тыквера, Абдельатифа Кешиша и Ежи Сколимовски, а также рядом других интересных работ, включая и азиатское кино, традиционно в Венеции приветствуемое и награждаемое.

Эксперты сходятся на паре Такеши Миике и Тран Ан Хун. Кому улыбнется удача на сей раз: культовому японскому режиссеру или европеизированному вьетнамцу, экранизировавшему «Норвежский лес» Мураками – пока предположить сложно. К тому же есть еще «темная лошадка» Цуй Харк. Впрочем, учитывая награду за вклад в кинематограф Джону Ву, объявленную еще до начала фестиваля, вполне может быть, что азиатская квота будет на сей раз поменьше.