Эдвард Радзинский «ушел в архив»

С писателем, историком Эдвардом Радзинским зрители телеканала «ТВ Центр» встретятся 14 марта в программе «Временно доступен». Один из ведущих, Дмитрий Дибров в начале беседы назвал Радзинского человеком-сваей: «Бывают такие страны, где будущее строится на крепком фундаменте. А в нашей болотистой местности будущее строится вроде Петербурга, на сваях. В нашей жизни можно приметить людей-свай. Это сваи, которые будущее забило в наше болотистое настоящее. И на них будет строиться здание новой России».

Эдвард Станиславович слегка опешил от такого сравнения, а позже сказал: «Дело в том, что я не историк. Я всего лишь писатель, пишущий об истории». В программе он рассказал о том, как начиналось его увлечение прошлым, как в юности был «помешан на Наполеоне», как впервые понял, что страна устроена не так, как написано в учебниках сталинского времени. Кстати, сейчас Радзинский работает над новой книгой о Сталине, поэтому ведущих заинтересовало, каким образом он попал в квартиру Сталина и провел там несколько дней; как получил доступ к архивным документам и почему был одним из инициаторов памятника Сталину в Сочи в 2008 году? Эти вопросы стали главными в программе. А на вопрос ведущих, каким писатель представляет памятник себе, Эдвард Станиславович ответил: «Я бы сделал такую рамку, а в ней пустота. Ну и надпись: «Ушел в архив».

Разговор о власти, о роли диктаторов в истории и о том, что такое вообще диктатор, перешел в обсуждение и нашего недавнего прошлого, и нашего настоящего. Не забыли ведущие и о вкладе писателя «в эмоциональную нашу ноосферу России», как выразился Дибров. Речь идет о пьесе «104 страницы про любовь», по которой был снят фильм «Еще раз про любовь» с замечательной актрисой, бывшей супругой Радзинского, Татьяной Дорониной. Как чиновники пытались запретить пьесу молодого драматурга, написанную в 1960-е годы, увидев в ней лишь «девушку, которая шастает по постелям»? Как Радзинский защищал свое произведение в высоких комиссиях? Почему высоконравственный министр культуры Екатерина Фурцева защитила и спасла пьесу, против которой сама же и выступала? Обо всем этом расскажет Эдвард Станиславович. Разве что от вопроса о любви в его жизни уйдет, вернувшись к столь любимой им истории.

Кроме того, зрители узнают, почему писатель считает себя ленивым и нерешительным, что его злит, переживал ли он когда-нибудь предательство и чем он защищен в жизни. Самая главная защита, считает Радзинский – внутренняя свобода. Даже не любовь. Именно свобода.