«Пьяные куплеты» для москвичей

Традиционный рок-пикник, который прошел в субботу в Коломенском, собрал в этом году модных зарубежных исполнителей: хэдлайнерами стали британская группа Medness, а также американская королева эпатажа Аманда Палмер вместе с Джейсоном Уэбли.

Аманда вышла на сцену с несколькими цветочками. Секунда – и они летят к зрителям, отвлекая внимание от одежды певицы. Аманда появилась на сцене, как сирота с Казанского вокзала: в красном пальто, синих чулках на подвязках и сапогах не по сезону. «Вот оно лето», – пошутил кто-то в толпе. Погода и, правда, была такой, что теплая одежда не помешала бы всем участникам Пикника.

Затем Палмер села за синтезатор, чтобы исполнить песню Регины Спектор Apres Moi, в которой есть строчки из стихотворения Бориса Пастернака «Февраль, достать чернил и плакать». Правда, эту песню она исполняла уже без пальто – оставшись в одном корсете.

Вскоре к выступлению Аманды присоединился Джейсон Уэбли, и концерт принял совсем неожиданный поворот – началась эпатажная цыганщина с гитарой, аккордеоном, адскими плясками и хоровым пением тарабарщины. Апогеем стала «Пьяная песня» на английском и ломанном русском, которую Палмер и Уэбли растянули минут на двадцать. Пьяной песня была не только в переносном смысле: исполняя ее Аманда и Джейсон выпили по 200 граммов прозрачной белой жидкости и на чистом английском призвали всех nazhratsa. В довершение всего они попросили поднять указательные пальцы и 12 раз покрутиться вокруг своей оси.

К началу финального фестивального сета у главной сцены было не протолкнуться – публика с нетерпением ждала выхода на сцену другого хэдлайнера – легендарных Medness. Родоначальники британского «ска» с первых аккордов показали всем, что, несмотря на 30-летнюю историю, группа на пике формы и по-прежнему готова веселиться и зажигать (medness переводится с английского как «безумие»). Англичане, как настоящие денди, выступавшие в костюмах, побаловали московскую публику старыми хитами, а также исполнили композиции с нового альбома The Liberty of Norton Folgate.

В отличие от них, группа с берегов туманного Альбиона These new puritans оказалась для московской публики загадкой, которую отгадывать хотелось немногим, – народ внимал космическим и затейливым мелодиям модных англичан с унынием. Возможно, «пуритане» слишком сложное явление для публики, которая пришла веселиться и отдыхать и совсем не хотела вникать в то, что музыканты хотят донести.