Драматург Юрий Арабов:

Вчера московский Гостиный Двор казался чем-то вроде Совета безопасности ООН в разгар карибского кризиса. Скандальный съезд кинематографистов, созванный Никитой Михалковым после судебного решения, может оказаться «раскольническим», поскольку сторонники избранного на предыдущем съезде Марлена Хуциева в основном его бойкотируют. Страсти достигли апогея, между тем все меньше сомнений в том, что это – буря в стакане воды, не имеющая никакого отношения даже к процессу кинопроизводства. В день открытия собрания «Новые Известия» попросили прокомментировать ситуацию, сложившуюся в киносообществе, сценариста, драматурга и писателя Юрия АРАБОВА, не входящего ни в одну из противоборствующих группировок.

– Юрий Николаевич, что, на ваш взгляд, послужило причиной происходящего в Союзе кинематографистов?

– То, что происходит в СК, началось не сегодня и не при Никите Михалкове. Чтобы понять, в чем причина конфликта, нужно определиться с задачей СК. Союз, по-моему, должен быть прежде всего профсоюзом работников кино, который защищает их права перед государством и перед частным работодателем. В последние 15 лет он таковые задачи перед собой если и ставил, то явно с ними не справлялся. Я работал в нем при Элеме Климове и Андрее Смирнове. Тогда действительно решались актуальные задачи: снимались «с полок» запрещенные картины, доводились до проката, легализировались всякого рода опальные кинематографические фигуры типа меня и Сокурова. Помню «Покаяние» Абуладзе прошло тогда по фестивалям чуть ли не всего мира. Это и есть, кстати, профсоюзная работа в ее глубоком понимании. Но после ухода Климова сначала из руководства СК, а потом и из жизни наш Союз начал стремительно терять всякое подобие профсоюзных функций.

– А чем он является сегодня?

– Дискуссионным клубом. И еще клубом, который раздает кинематографические премии. Кстати, раздает довольно однообразно и нудно. Если какая-то картина победит на «Кинотавре», то точно появится на «Белом слоне», «засветится» на «Золотом орле» и громко прозвучит на «Нике». Причина – все премии дают одни и те же люди. Они одинаковые, а киносмотры разные. Но спасибо и на этом. Можно, во всяком случае, сделать «хет-трик», и в нем не будет ничего мистического. С некоторой долей вероятности можно сказать, например, что Ксения Раппопорт (исполнительница главной роли в «Юрьеве дне». – «НИ») сделает этот «хет-трик» на «Нике»: до этого она получила одну и ту же премию на «Кинотавре» и «Золотом орле»… Это или признание ее явной гениальности, или подтверждение того факта, что премия на самом деле одна, только вручается в разные сезоны одного года и в разных географических точках.

– Пристрастность – принцип всех премий.

– Верно. Например, Кирилла Серебренникова, режиссера-постановщика вышеназванного фильма, даже не номинируют, его как будто нет, потому что его «не любят». Непонятно тогда, как актриса сыграла свою роль. По-видимому, по врожденному вдохновению.

– За время правления Никиты Сергеевича были какие-то фатальные обстоятельства, повлекшие за собой столь бурные общественные выступления?

– Фатальных обстоятельств не было, а была утрата в силу разных причин собственности союза – Киноцентра, Музея кино, домов отдыха в Болшево и в Красной Пахре. Еле-еле спасли от сноса здание Дома кино. Повторяю, я давно не работаю в СК и бываю там раз в несколько лет, я могу чего-то не знать. Но опять скажу лишь то, в чем уверен точно, – нужен человек, который сделает из Союза кинематографистов «зубастый» профсоюз, этому профсоюзу сможет довериться и пенсионер, и молодой кинематографист. Покуда у многих нет понимания этой задачи, а также понимания того, что СК не может быть просто собранием талантливых людей, решения проблемы не будет. Возможно, не будет и самого СК. Я абсолютно не верю в Союз кинематографистов вне этого профсоюзного аспекта. Там есть масса интересных людей. Каждый – это фигура. Тот же Марлен Хуциев, Вадим Абдрашитов, Никита Михалков, Валентин Черных, многие другие… Но возможно, должен прийти кто-то новый, «пассионарный», по выражению Гумилева, зубастый, у кого есть энергия и смелость, и тогда союз воскреснет. Долго ли ждать этого «зубастого», кто может тянуть одеяло не только на себя, я не знаю.

– То есть вы полагаете, СК переживает кризис задачи, а не кризис личности?

– Я в этом убежден. Художественная среда – грязная среда, она вся замешана на личных симпатиях и ненависти. Все обливают помоями друг друга. За то, что человек успешен. Или оттого, что он отличается от других. Помню, как на премьере «Зеркала» в Доме кино тридцать лет назад одна кинематографическая дама кричала про Тарковского после просмотра: «Да это же сумасшедший! Он заражает своим сумасшествием всех нас!...» И члены союза внимали с благоговением…