Новый Маугли и новая Багира

Международный театральный фестиваль «Радуга» проводится уже в девятый раз. В этом году по традиции он собрал театры юного зрителя России и зарубежья. Церемония награждения обошлась без вставных номеров и дивертисментов. Но наград было много. Помимо денежных премий участники получили поощрительные дипломы от Союза театральных деятелей, а также приз зрительских симпатий.

Взглянув опытным взглядом на афишу «Радуги», можно было без труда определить фаворитов. Это работы наших мэтров Камы Гинкаса, привезшего в Петербург премьерную постановку «Роберто Зукко», и спектакль «Мадагаскар», который Римас Туминас (нынешний худрук Вахтанговского театра) поставил в своем Вильнюсском Малом театре. «Мадагаскар» получил приз в номинации «спектакль большой формы». «Роберто Зукко» досталась аналогичная награда в номинации «спектакль малой формы».

Любопытно, что и «Мадагаскар» для Туминаса, и «Роберто Зукко» для Гинкаса – спектакли-эксперименты. Римас Туминас имеет стойкий иммунитет к современной драматургии, но вдруг обратился к пьесе молодого Мариуса Ивашкявичуса. А Кама Гинкас, долгие годы предпочитавший драматургии – прозу, в этот раз обратился к французскому классику Мари-Бернару Кольтесу. Любопытно, что главным сюжетом постановки обоих режиссеров стало превращение историй реальных людей в миф и легенду.

Тридцатилетний драматург Мариус Ивашкявичус, которого называют главной надеждой литовской драматургии, построил свою пьесу «Мадагаскар» на пересечении судеб трех реальных выдающихся литовцев. Кроме Казиса Пакштаса Ивашкявичус вводит в повествование литовского посла во Франции, мечтателя и фантазера Оскараса (прототипом послужил посол Литвы во Франции писатель Оскар Милош) и поэтессу Сале (прототип – литовская поэтесса Саломея Нерис, декадентка, написавшая в годы присоединения Литвы оду Сталину). Реальные действующие лица литовской истории здесь превращены в персонажей сказочного фольклора. Посол во Франции Оскарас уверен, что Атлантиду заселяли литовцы, и затонула она, потому что не вынесла тяжести роста литовскости. Именно литовцы-атланты дали толчок греческой цивилизации (Сократас, Софоклас и др.) Поэтесса Сале мечтает стать литовской Жанной д’Арк, тоскует о любви и жертве.

Наконец, сам главный герой Казимерас Пакштас стремится обратить своих соотечественников лицом к морю, посадить их на корабли и отыскать в Африке земли, пригодные для создания «запасной Литвы»: черного Вильнюса и черного Каунаса.

Бернар-Мари Кольтес написал в конце 80-х пьесу о реальном молодом человеке Роберто Зукко, убившем отца, мать, полицейского и ребенка (то есть совершившим самые тяжелые преступления по любому законодательству). «Я пытаюсь понять, что отличает меня от убийцы?» – раздумчиво произнесет в начале спектакля артист, исполняющий роль охранника. Собственно, поиски ответа на этот вопрос интересовали Гинкаса и в его постановках по Достоевскому, и в «Казни декабристов», и в этой постановке Кольтеса.

Усадив зрителей прямо на сцене, задернув за их спиной занавес, режиссер лишает публику привычной дистанции «людей со стороны». Все – зрители и актеры – в одном пространстве. Все на сцене. Перед глазами каменная изнанка сцены – закоулки города – изнанка мира. Время действия – всегда, место действия – везде на окраине цивилизации. Глаза жертв и глаза убийцы смотрят на тебя в упор. В финале Гинкас оставляет Зукко на вершине стены, предоставляя каждому сидящему в зале самому определиться: как ты относишься к убийце, который убивает просто так, без мстительности и злобы, потому что так и не узнал, что такое запреты и что такое заповеди?

Две постановки «Мадагаскар» и «Роберто Зукко» задали планку художественного уровня.

А постановка «Человеческий детеныш» по «Маугли» Киплинга стала главной радостью фестиваля. Режиссер Сергей Бызгу (С.-Петербург) вместе со студентами второго курса факультета театра кукол создал увлекательное и остроумное зрелище без слов (в спектакле членораздельно произносится только шипящее – «человеческий детеныш-ш-ш»). Тела студентов превращаются то в сплетение тропических растений (Маугли небрежно отмахивается от веток-рук и пролезает между ног-корней). То черная стая четвероногих хищников окружает маленького человечка. А то – небрежно играет с тигром Шерханом красавица- пантера Багира. Гармоничный, изящно придуманный и элегантно сделанный студенческий спектакль получил приз в номинации «новые формы».

Жюри отказалось давать приз за лучшую женскую роль (по условиям фестиваля, если лауреатом становится спектакль, то занятым в нем актерам уже не дают отдельные призы). И взамен ввело номинацию – «за лучшую режиссерскую работу». Ее лауреатами стали режиссеры Геннадий Тростянецкий и Роман Ильин, показавшие «Ночь» по пьесе Анджея Стасюка. Яркая социальная пьеса польского драматурга была достойно воплощена актерами орловского театра «Открытое пространство».

Наконец, приз «за лучшую мужскую роль» получил Олег Ягодин, сыгравший заглавную роль в «Гамлете», сочиненном Николаем Колядой в своем театре.

На фестивале было представлено довольно много работ недавних выпускников Петербургской театральной академии – Андрея Прикотенко, Александра Савчука, Дмитрия Егорова, Екатерины Гороховской, ставящих преимущественно в провинциальных театрах, – и пока отнюдь не порадовавших ни новизной, ни мастерством. Но, как обещали устроители фестиваля, к юбилейной X «Радуге» они будут продолжать поиск новых имен, которые могли бы составить достойную конкуренцию мастерам известным и сложившимся.