Композитор Леонид Десятников:

Во вторник в Москве вручали самые престижные театральные премии – «Золотые маски». На фоне скандалов вокруг самой церемонии и традиционных споров о ее итогах (подробнее об этом читайте на стр. 5) наиболее адекватным и взвешенным показалось решение музыкального жюри, возглавляемого Леонидом Десятниковым. Это жюри выбрало лучшие оперные и балетные постановки. Впрочем, взвешенным решение кажется в Москве, а в Петербурге наверняка с ним могут не согласиться: Мариинка получила меньше «Масок», чем планировала. После церемонии Леонид ДЕСЯТНИКОВ ответил на вопросы «Новых Известий».

– Как в этом году работалось жюри?

– У нас была открытая и достаточно откровенная дискуссия, ее обычно начинал человек, которого мы все считали экспертом в этой области. Потом мы все обменивались репликами и своими соображениями по поводу того или иного события. Об опере рассуждали балетные, а о балете – оперные, и все это было абсолютно свободно. Иногда было практически единодушное мнение. Например, работа Ахмеда Агади из Татарского театра оперы и балета имела очень высокую оценку. За него проголосовали 12 человек из 13.

– До того, как жюри сделало выбор, организаторам нужно было утвердить его состав. Как происходит отбор членов жюри?

– Есть определенный регламент, достаточно жесткий. Членом жюри не может быть человек, чьи насущные интересы так или иначе связаны с номинированными спектаклями. Конечно, желательно, чтобы это были люди не на заслуженном отдыхе. Состав жюри ежегодно меняется на треть.

– Работу жюри предваряла работа экспертного совета. В чем была его функция?

– Насколько я знаю, экспертный совет – это люди из числа профессионалов, которые смотрели абсолютно все спектакли, приславшие заявки на участие в «Золотой маске». Было около двух сотен спектаклей. Из этого количества экспертный совет выбирал наилучшие, которые уже потом смотрело жюри. Они проделали черновую работу.

– Каким образом можно выбрать лучшего из одного претендента, как, например, произошло с номинацией «лучшая работа дирижера в балете»?

– Мы и решили, что никаким образом это сделать невозможно. Тем более обидно, что на фестивале были представлены так называемые балеты-реконструкции, то есть спектакли, реконструирующие старинный хореографический текст – это «Корсар» и «Пробуждение Флоры», где была представлена традиционная балетная музыка XIX века, причем представлена достаточно хорошо, очень качественно. Почему эти дирижеры не номинировались на «Золотую маску», для меня осталось абсолютной загадкой.

– Какое событие театрального сезона вас потрясло?

– Я горячий поклонник Большого театра. Мне понравился «Евгений Онегин», получивший столь серьезный резонанс. «Пробуждение Флоры» я смотрел три раза. Очень понравился «Пеллеас и Мелизанда», хотя «Маску» получила «Енуфа» Мариинского театра. Поставивший ее режиссер Василий Бархатов очень перспективный и интересный режиссер, он вундеркинд режиссуры. У него большое будущее, я думаю.