Портрет на съедение

Одна из самых хитовых выставок этого сезона проходит в австрийском Историко-художественном музее. Она посвящена наиболее странному и эксцентричному художнику старой Европы – Джузеппе Арчимбольдо. Его причудливые портреты из цветов, овощей и фруктов, созданные в XVI веке, до сих пор поражают своей смелостью. В мире сохранилось лишь считанное число произведений итальянца. И вот их собрали вместе. Теперь до лета у каждого посетителя выставки есть шанс удостовериться, что модернизм и разного рода арт-шоу зародились задолго до наших дней. По крайней мере, к этому выводу пришел корреспондент «НИ», посмотревший в Вене творения Арчимбольдо.

Первое, что встречает зрителей в венском музее, – это витрина, на которой словно на прилавке супермаркета разложены апельсины, кабачки, артишоки, вишни, листья салата, связки сухих приправ. Чтобы понять смысл этого изобилия, нужно взглянуть на него сквозь особую стеклянную рамку. Тогда овощи и фрукты соберутся в стройную композицию, где вишня окажется глазом, кабачок – носом, а пучки листьев – волосами. Получится вполне себе портрет садовника.

Вряд ли, создавая свои портреты, Арчимбольдо пользовался такими рамками, но именно он первым придумал собрать человеческий облик из даров природы. Его знаменитая серия «Времена года», созданная под Новый год в 1569-м, – это четыре портрета, каждый из которых состоит из сезонных примет. Наиболее известен пышный мужчина («Лето»), радующий глаз своими щеками-персиками и многочисленными экзотическими фруктами (которые только-только стали завозить в Европу из заморских стран).

Визуальная обманка – когда картина получается из сочетания неожиданных вещей – до сих пор работает безотказно. Зритель завороженно «разлагает» образ на составляющие, а потом снова собирает его в целое. Знаменитый арчимбольдовский «Библиотекарь» – это поставленные друг на друга книжные фолианты плюс библиотечные ключи вместо рук. Из другой серии работ – «Четыре стихии» больше всего поражает профиль человека, сложенный из всего многообразия огненных принадлежностей: от горящих поленьев в камине до пушечных ядер. В других картинах с изображением садовника или лавочника художник пошел еще дальше – мало того, что он сложил их из принадлежащих им вещей (подносов и даров с грядок), так еще и перевернул вверх ногами. На первый взгляд обычный натюрморт (при этом едва ли не первый самостоятельный натюрморт в истории), но стоит посмотреть в зеркало под картиной, как возникнет комичный портрет.

Загадки Арчимбольдо начали разгадывать в начале ХХ века, когда проявились сюрреалисты и дадаисты, работавшие примерно в том же ключе, – отказывались от реализма в пользу визуальных парадоксов. Необычайные холсты списывали, с одной стороны, на игры гения, с другой – на веяния времени. Сразу вспоминали, что профессионально Арчимбольдо сформировался в Милане, где еще были живы воспоминания о «выходках» Леонардо да Винчи. Для искусства второй половины XVI века, когда классику Ренессанса (великие творения Рафаэля и Микеланджело) сменяют вещи причудливые, рассчитанные на внешний эффект, придуман термин «маньеризм» (русская «манерность» лежит к нему очень близко). Так вот, Арчимбольдо оказался одним из ярких представителей этого направления.

В венском музее решили подступиться к художнику совсем с другого бока – посмотреть, в какой атмосфере ему приходилось писать свои кунштюки и для кого они создавались. Известно, что в 1563 году Арчимбольдо почти на четверть века покидает родной Милан и перебирается ко двору Габсбургов, работая попеременно в Вене и в Праге сперва для Максимилиана II, а потом для его сына Рудольфа II. Начинал на новом месте как семейный портретист, затем перешел к оформлению праздничных шествий и императорских шоу. Наконец, в качестве презентов стал преподносить патронам необычайные портреты. Переезд итальянца связывают с большей терпимостью габсбургского двора, а его причуды – с интересами императора. Максимилиан был страстным собирателем разного рода природных штуковин (за полтора века до нашего Петра Великого, основавшего Кунсткамеру), выписывал экзотические растения и животных (его вход в Вену, например, сопровождали слоны). Именно эти естественнонаучные увлечения заказчика стали благотворной почвой для визуальных игр художника. Что, впрочем, совсем не отменяет остроумия и таланта мастера. Поэтому вряд ли станет неожиданностью появление в скором будущем нового бестселлера «Код Арчимбольдо», где картины миланца станут ключом к разгадке всех человеческих тайн. Особенно по части свежих продуктов.