Три в одной

Знаменитая балерина Мариинского театра Диана Вишнева известна творческой неуемностью. В то время как другие звезды балета годами исполняют один и тот же репертуар и ничуть этим не тяготятся, Вишневой все время нужно что-нибудь новенькое. В проекте «Красота в движении», показанном в последние дни февраля на сцене Музыкального театра, балерина превзошла сама себя. Она представила сразу три новых, специально для нее поставленных балета.

Чтобы подать талант Вишневой во всем блеске, организаторы проекта пригласили трех хореографов – одного российского и двух американских. Алексей Ратманский сочинил для нее балет «Лунный Пьеро», Мозес Пендлтон поставил «F.L.O.W», а Дуайт Роден – «Повороты любви». Расчет был в том, что различная танцевальная и пластическая стилистика позволит показать многообразие дарования балерины. Так оно и было. Вишнева представала то акробаткой, то соблазнительницей, то королевой, а то и просто очаровательной резвушкой. И, главное, Диана показала, насколько широк диапазон ее танцевальной техники. Она свободно смешивала балетные па с извилистыми прогибами современного танца. В этом проекте Вишнева проводит почти в непрерывном движении полтора часа, но и в финальных танцах программы ее усталости зрители не замечали, хотя, как сообщают организаторы вечера, после выступлений «на теле балерины нет живого места».

«Лунный Пьеро» поставлен Ратманским на музыку Шенберга, и надо сказать, что эта идея восторга у Вишневой поначалу не вызвала: уж больно труден для восприятия родоначальник атональной музыки. Хореограф хорошо почувствовал пряный привкус декадентства в партитуре, созданной в 1912 году, но обратил мало внимания на иные грани экспрессивной музыки. Его персонажи существуют как бы в двух измерениях: то выглядят примерными школьниками, неведомо зачем именно под Шенберга вычерчивающими классические па, то спохватываются и с томной грацией примеряют театральные маски, в которых есть и капризные причуды любви, и гламурный глянец, нет только жесткой безысходности, тоже явственно ощутимой в музыке.

Ратманский, который, по его словам, чувствует «темный налет тревоги» даже в лучезарных героинях Вишневой в балетах «Дон Кихот» и «Спящая красавица», хотел скрестить уникальность балерины с «психологической драмой» вокального цикла, в двух десятках песен которого действуют персонажи комедии дель арте - три Пьеро и одна Коломбина. Но ошибется тот, кто решит, что Вишневой отдали женскую роль, а ее партнеры, превосходные солисты Мариинского театра Игорь Колб, Александр Сергеев и Михаил Лобухин, всего лишь выясняют отношения с переменчивой нимфеткой. Нет, по ходу балета Вишнева то и дело меняет облик, из Пьеро превращаясь в Коломбину и обратно.

В опусе Мозеса Пендлтона «F.L.O.W» (сокращение английских слов «For Love of Vomen» – «из любви к женщине») Вишнева предстала не столько балериной, сколько эстрадной дивой. Хореограф придумал ей цепь остроумных «приколов». Сначала балерина в полной темноте манипулирует подсвеченными конечностями, отчего ее танец напоминает знаменитый танец скелетов из диснеевского мультфильма. Потом красиво возлежит на зеркальном подиуме, изображая Нарцисса. И под конец напористо кружится в прозрачном одеянии из нитей бус, с большой скоростью раскручивая эти нити вокруг собственного тела – в виде нимба.

Финальный балет программы, «Повороты любви», полностью соответствует названию. Эрос здесь выявляется под бой барабанов и через каскад головокружительных поддержек, киданий и швыряний, проделывать которые Диане помогал изумительно пластичный американский танцовщик Дезмонд Ричардсон.