Главная / Газета 3 Марта 2008 г. 00:00 / Культура

Три в одной

Балерина Диана Вишнева станцевала за один вечер в нескольких спектаклях

МАЙЯ КРЫЛОВА

Знаменитая балерина Мариинского театра Диана Вишнева известна творческой неуемностью. В то время как другие звезды балета годами исполняют один и тот же репертуар и ничуть этим не тяготятся, Вишневой все время нужно что-нибудь новенькое. В проекте «Красота в движении», показанном в последние дни февраля на сцене Музыкального театра, балерина превзошла сама себя. Она представила сразу три новых, специально для нее поставленных балета.

Диана Вишнева мастерски показала причуды любви.<br>Фото: ИТАР-ТАСС. АЛЕКСАНДР КУРОВ
Диана Вишнева мастерски показала причуды любви.
Фото: ИТАР-ТАСС. АЛЕКСАНДР КУРОВ
shadow
Чтобы подать талант Вишневой во всем блеске, организаторы проекта пригласили трех хореографов – одного российского и двух американских. Алексей Ратманский сочинил для нее балет «Лунный Пьеро», Мозес Пендлтон поставил «F.L.O.W», а Дуайт Роден – «Повороты любви». Расчет был в том, что различная танцевальная и пластическая стилистика позволит показать многообразие дарования балерины. Так оно и было. Вишнева представала то акробаткой, то соблазнительницей, то королевой, а то и просто очаровательной резвушкой. И, главное, Диана показала, насколько широк диапазон ее танцевальной техники. Она свободно смешивала балетные па с извилистыми прогибами современного танца. В этом проекте Вишнева проводит почти в непрерывном движении полтора часа, но и в финальных танцах программы ее усталости зрители не замечали, хотя, как сообщают организаторы вечера, после выступлений «на теле балерины нет живого места».

«Лунный Пьеро» поставлен Ратманским на музыку Шенберга, и надо сказать, что эта идея восторга у Вишневой поначалу не вызвала: уж больно труден для восприятия родоначальник атональной музыки. Хореограф хорошо почувствовал пряный привкус декадентства в партитуре, созданной в 1912 году, но обратил мало внимания на иные грани экспрессивной музыки. Его персонажи существуют как бы в двух измерениях: то выглядят примерными школьниками, неведомо зачем именно под Шенберга вычерчивающими классические па, то спохватываются и с томной грацией примеряют театральные маски, в которых есть и капризные причуды любви, и гламурный глянец, нет только жесткой безысходности, тоже явственно ощутимой в музыке.

Ратманский, который, по его словам, чувствует «темный налет тревоги» даже в лучезарных героинях Вишневой в балетах «Дон Кихот» и «Спящая красавица», хотел скрестить уникальность балерины с «психологической драмой» вокального цикла, в двух десятках песен которого действуют персонажи комедии дель арте - три Пьеро и одна Коломбина. Но ошибется тот, кто решит, что Вишневой отдали женскую роль, а ее партнеры, превосходные солисты Мариинского театра Игорь Колб, Александр Сергеев и Михаил Лобухин, всего лишь выясняют отношения с переменчивой нимфеткой. Нет, по ходу балета Вишнева то и дело меняет облик, из Пьеро превращаясь в Коломбину и обратно.

В опусе Мозеса Пендлтона «F.L.O.W» (сокращение английских слов «For Love of Vomen» – «из любви к женщине») Вишнева предстала не столько балериной, сколько эстрадной дивой. Хореограф придумал ей цепь остроумных «приколов». Сначала балерина в полной темноте манипулирует подсвеченными конечностями, отчего ее танец напоминает знаменитый танец скелетов из диснеевского мультфильма. Потом красиво возлежит на зеркальном подиуме, изображая Нарцисса. И под конец напористо кружится в прозрачном одеянии из нитей бус, с большой скоростью раскручивая эти нити вокруг собственного тела – в виде нимба.

Финальный балет программы, «Повороты любви», полностью соответствует названию. Эрос здесь выявляется под бой барабанов и через каскад головокружительных поддержек, киданий и швыряний, проделывать которые Диане помогал изумительно пластичный американский танцовщик Дезмонд Ричардсон.

Опубликовано в номере «НИ» от 3 марта 2008 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: