От шатров до дворцов

В Николаевском зале Эрмитажа открылась выставка «Во дворцах и шатрах. Исламский мир». За расплывчатым названием скрывается коллекция прикладного искусства Востока – от Турции и Индии до Дагестана и Персии. Экспозиция стала показательной для нынешней выставочной политики музея.

С некоторых пор все эрмитажные выставки обладают двумя качествами. С одной стороны, их можно назвать экспериментальными, то есть экспонаты не просто расставляются по местам, а являются лишь поводом для творчества куратора. Другая особенность – Эрмитаж, как никакой другой музей в стране, стремится быть актуальным. В этом смысле «Во дворцах и шатрах» – попадание в яблочко: внимание ко всей исламской культуре сейчас повышенное. Очень многие мировые музеи, в запасниках которых долгие годы пылились, казалось бы, никому не интересные персидские ковры, кубки и палатки, в последние годы выставили их на всеобщее обозрение. И эти экспозиции наделали много шума – самая заметная из них прошла в лондонском музее Виктории и Альберта.

Когда «вскрыли запасники» и в Эрмитаже, выяснилось, что искусство исламских стран ничем не уступает возрожденческим полотнам. Хотя бы потому, что палатки расписывают под впечатлением от картин. При этом исламская культура показывается не как нечто незнакомое, а как искусство, у которого много общего и с Европой, и с Японией, и с Китаем.

Идею о том, что исламское искусство существовало всегда не в культурном вакууме, а в мировом контексте, можно было бы донести – и до недавнего времени доносили – банальным методом. Вот ваза, под ней – табличка: ваза такая-то оттуда-то, и посмотрите на нее внимательно – тут есть влияние японского фарфора. В Эрмитаже никаких табличек не требуется, и без них ясно, где какие влияния чувствуются: настолько каждый экспонат показателен.

Выставка поделена на четыре раздела, каждый из которых – эпизод истории исламского искусства, период влияния на него той или иной культуры. Первый раздел относится к древнему периоду, и все экспонаты здесь носят чисто этнографический характер. В период монгольского завоевания исламские ценности носят уже явный отпечаток подражания китайскому искусству: например, турецкое блюдо хоть и украшено исламским орнаментом, но сама манера – явное подражание фарфору Поднебесной. Третий раздел выставки посвящен новому времени, и здесь экспонаты уже явно находятся под влиянием многих мотивов европейского искусства. К этому же разделу можно отнести и стоящие особняком «гвозди программы» – два походных шатра, целиком перенесенных в Николаевский зал. Один – огромная Бухарская палатка – настоящий архитектурный шедевр, не говоря уже об искусстве его интерьеров. Это целый дворец – с внутренним двориком и несколькими залами. Второй – более скромная палатка турецкого военачальника – не менее интересна: стены ее украшены изящной росписью, совершенно европейской по технике, но при этом по орнаменту – абсолютно исламской. Особняком стоит четвертая часть выставки – дары и военные трофеи. Золотые ларцы выглядят скорее как познавательный и развлекательный бонус или выступление «на бис».