Главная / Газета 22 Января 2008 г. 00:00 / Культура

Коньки для Агафьи Тихоновны

Ради «Женитьбы» на сцене Александринки выстроили каток

ОЛЬГА ЕГОШИНА, Санкт-Петербург

В Александринском театре состоялась премьера «Женитьбы» Гоголя. Валерий Фокин продолжает успешно начатую его «Ревизором» и «Живым трупом» линию актуализации классики. Перенеся действие гоголевской пьесы на каток, он добился от актеров танцевальной легкости движений при сохранении ощущения подлинности комедийных перипетий. Похоже, старейший театр России шаг за шагом становится одной из самых актуальных русских сцен.

Из смотра женихов Валерий Фокин устроил спортивное состязание.<br>Фото: ИТАР-ТАСС. ЮРИЙ БЕЛИНСКИЙ
Из смотра женихов Валерий Фокин устроил спортивное состязание.
Фото: ИТАР-ТАСС. ЮРИЙ БЕЛИНСКИЙ
shadow
Первая постановка «Женитьбы» в Александринском театре в 1842 году закончилась шиканьем. Публика, привыкшая к «правильно простроенным комедиям», недоумевала финальному прыжку жениха в окно, концовке без традиционной веселой свадебки. Привычный сюжет «выбора жениха» (первый вариант так и назывался «Женихи») Гоголь соединил с подспудной лирической и личной темой страха перед женским полом (Гоголь сам всю жизнь мечтал и боялся женатой жизни). Двойственная природа пьесы остается вызовом для театра и сто шестьдесят с лишним лет спустя. Лучшей постановкой ХХ века был спектакль Анатолия Эфроса, который в «совершенно невероятном событии в двух действиях» расслышал и усилил ноты истории о несбывшемся счастье. Великий спектакль надолго бросает тень на произведение, по которому поставлен.

Два мастера нашего театра взялись пересмотреть «ошинеленную» «Женитьбу» и вернуться к ней как к комедии-шутке. В конце прошлого сезона свою версию «Женитьбы» показал Марк Захаров, превративший свой спектакль в гала-парад народных и всенародно любимых артистов «Ленкома». Валерий Фокин в Александринке изменил представление о темпе, в каком следует играть Гоголя, извлекая комизм из стремительности драматического действия и прихотливости петель интриги.

Режиссер перенес действие на каток и надел на исполнителей коньки. Акробатические пируэты выписывает на льду Агафья Тихоновна (Юлия Марченко). Представляясь невесте, исполняют короткие сольные выступления женихи (пластику поставил молодой балетмейстер Алексей Мирошниченко). В невестинских фантазиях летят по льду полураздетые мужчины, рассекая пространство.

Персонажи Гоголя часто кажутся фантазмами окружающих (как гениальный нос майора Ковалева). В постановке Валерия Фокина гоголевские призраки обрели быстролетность и способность возникать в самых неожиданных местах. Женихи кажутся порождениями мечтаний и фобий 27-летней девицы. Обезножевший Жевакин (Валентин Захаров) ловко раскатывает на инвалидной колясочке с колесиками. На санках приезжает гостинодворец в лисьей шубе Стариков (Аркадий Волгин). А выдуманный театром (в тексте только упоминаемый) неудачливый жених – чиновник Пантелеев (Галина Егорова) и вовсе достает невесте от силы до пояса. «Не хочу», – стонет бедная девушка, ужасаясь капризам случая.

Сценограф Александр Боровский создал пространство, где все возможно. Деревянный полукруг с прорубленным высоким окном служит одновременно занавесом и выгородкой, рядом с которой расположена койка Подколесина (Игорь Волков). В деревянной стене нет двери, и визитеры вскарабкиваются на окно. Поворот круга – и стена становится оградой катка с налепленными на доски старыми афишами «Ревизора» в Александринке. Сваха (Мария Кузнецова), спасаясь от женихов, оказывается на самом верху стены. Произнося пламенный монолог, Кочкарев (Дмитрий Лысенков) взлетает под небеса.

Можно понять Подколесина, опасающегося покидать пределы своей уютной постельки. Там – пространство, акробатической ловкости требующее. А тут под рукой стопка книг, горит свеча. Входящие с морозу заиндевевшие посетители только придают дополнительную прелесть этой теплой норке. Игорь Волков дает своему Подколесину стародевическую, несколько манерную застенчивость и замкнутость застарелого одиночества. С первой сцены решительно понятно, что в этой маленькой комнатенке никакой жене не уместиться.

Валерий Фокин с первой минуты знает, что «не судьба» герою жить женатой жизнью с присватанной девицей. И никакой злой энергии Кочкарева не хватит, чтобы свести эти два одиночества и удержать их вместе. Изо всех сил тянет Кочкарев руки жениха и невесты. Разомкни свои клещи – и разлетятся в стороны.

«Женитьба» в Александринке – одно из самых мастерских и веселых созданий нашей сцены последних лет. Все выверено, все точно, каждое мгновение действия выстроено и осмысленно. Каждая деталь – «работает». Великолепию игрового пространства Александра Боровского (пока лучшие его создания рождены именно на сцене Александринки) точно отвечает акустическое пространство, выстроенное композитором Леонидом Десятниковым. Фокин вычертил каждому актеру занятный рисунок, и верится, что в дальнейшем актеры сумеют развить в своих сценических созданиях человеческие лирические ноты.

В финале Подколесин забирается домой под одеяло. Разгневанные крики обманутых гостей, стоны невесты, ругательства свахи только проносятся в его воображении. Стыдно, неловко, но так хорошо в привычном домашнем уюте под красным стеганым одеялом… Настоящая гоголевская минута, где смех неотделим от грусти, а в кривом зеркале так узнаются свои черты.

Опубликовано в номере «НИ» от 22 января 2008 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: