Провинциальный пейзаж

В городе Иваново открылась необычная выставка «Коммуна». Это часть большого проекта «Инвентаризация ландшафта», который поддержал Итальянский институт культуры. Суть его в том, чтобы показать «культурный пейзаж российской провинции» как по-настоящему европейский. Одна из выставок уже прошла в Твери, которую показали едва ли не в виде Третьего Рима. Следом настал черед Иванова – текстильного центра и русского Красного Манчестера.

То, что у каждого российского города имеется свое лицо, зависящее от его специальности, – давно известный факт. Иваново в этом смысле образцово-показательный центр текстиля. Даже и теперь, когда большинство фабрик простаивают или работают в убыток, его архитектура складывается из старинных краснокирпичных корпусов-замков. Здешние институты – плод того же промышленного переворота, музеи (особенно краеведческий с уникальными даже для центра коллекциями) – остаток увлечений меценатов-фабрикантов.

Выставка про фабричный ландшафт в городе, где уже имеется Музей ситца, могла бы показаться краеведческой банальностью, если бы не хитрый ход, придуманный ее устроителями. Иваново, с их точки зрения, – особого рода коммуна. Но совсем не революционное общежитие (хотя и такие здесь были), а европейское объединение ремесленников. Иными словами, здесь, прямо в центре России, в XIX веке возник средневековый ландшафт по образу независимых итальянских городов. Отсюда и необычные виды фабрик-замков и даже фабрик-соборов, отсюда и корпоративная психология, отсюда, наконец, непокорность феодалам (а это – земли графа Шереметева).

После того, как для среднерусского и европейских городов было найдено общее слово – коммуна, осталось только показать, насколько они похожи внешне. Поэтому в экспозиции наряду с ивановскими видами появились итальянские, английские и нидерландские гравюры. Например, Домский собор в Лунде или водонапорная башня в Марли. Проблема только в том, что западный материал подобран случайно, слишком притянут и почти не имеет перекличек с реальными пейзажами. Конечно, было бы очень заманчиво найти в Европе прямые аналогии тем самым роскошным корпусам фабрик, что высятся на берегу Талки. Но для этого нужно провести серьезные исследования. Впрочем, показав близость фасадов Куваевской мануфактуры и анфилады венецианского дворца, кураторы почти нащупали золотую жилу.

Никто не спорит с тем, что русские промышленные города, расцветшие в позапрошлом столетии, имеют европейский облик. Однако здесь незачем искать уютные мастерские ремесленников с фламандских картин, намеки на цеховые традиции Флоренции – как ни крути, а город в основном составляют рабочие, которым, как известно, кроме цепей терять нечего.

Нужно сказать, ивановцы подняли (хоть и невнятно) одну проблему, характерную для всех наших провинциальных городов. В этих городах изучают и охраняют лишь некоторые «выдающиеся памятники» – например, старые церкви или отдельные дома-музеи. Стороной обходят удивительную промышленную архитектуру, которая разрушается каждый день. Красоту фабрик и регулярной застройки времен промышленного бума (торговые ряды, доходные дома XIX столетия) не знают и не ценят. И в этом плане ивановские фабрики нуждаются в таком же открытии и сохранении как лучшие конструктивистские дома. Только, боюсь, произойти это сможет слишком поздно.