Фрики тоже стареют

В Петербурге отыграл свой концерт «король эпатажа» Мэрилин Мэнсон. Приезд музыканта был приурочен к вручению российской национальной премии в области альтернативной музыки RAMP. В прошлые годы в рамках премии дали концерты Korn и Stone Sour. На этот раз отдельно от вручения премии организаторы решили устроить целую серию концертов звезд альтернативной музыки, и кульминацией стало выступление Мэнсона.

Мэнсон приезжает в Россию не первый раз. Он один из тех немногих музыкантов, публика которого узнаваема безошибочно и с первого раза: Ледовый дворец буквально кишел юношами и девушками в черном, с раскрашенными лицами – одним словом, теми, кого принято называть фриками, стало быть, двойниками самого Мэнсона.

Организаторы обещали, что зрители на концерте увидят нечто беспрецедентное по размаху, и перечисляли все то, что должно быть на сцене – черные полотенца, сложные механизмы для выпускания огня, дымовые машины… Все было тщательно продумано – даже музыканты для «разогрева» были отобраны «королем эпатажа» лично. Мэнсону приглянулась молодая группа Invektiva, сумевшая в ходе интернет-голосования накануне премии получить всего 4% голосов, да и то в номинации «Открытие года». Публика группу принимала не очень радушно и на концерте. Заглянув в зал Ледового, фрики-зрители удалялись снова в фойе разогревать себя иным способом. Музыкантам даже пришлось оправдываться и обещать, что король эпатажа появится буквально с минуты на минуту. Разогрев оказался скорее проверкой техники, задействованной в концерте Мэнсона, чем выступлением перспективной группы перед явлением патриарха.

После недолгого перерыва на сцене, наконец, появился сам Великий и Ужасный (иначе появление тощей фигуры в черном и не назовешь). Первая песня целиком была испорчена борьбой с тем же плохим звуком – пару раз даже микрофон отключался. Но даже когда все технические проблемы уладились, стало ясно, что ничего грандиозного, вопреки обещаниям, публику не ждет. На сцене уютно примостилась могилка с покосившимся крестом. Звезда пела в облаках розового дыма и приветствовала публику возгласом «Good evening, St.Petersburg», что с учетом общей мрачной обстановки сулило не меньше, чем бал у сатаны. Лишь дважды за концерт музыкант сменил облик – сначала он предстал в боксерском халате и светлом парике, а на песне Antichrist Superstar по обыкновению – за трибуной и под стилизованным нацистским флагом (правда, вместо свастики на нем – молния). Остальное же время на сцене царил полный минимализм – музыкант в своем образе ограничился лишь обязательным макияжем и черным костюмом, плотно обтягивающим его тощую фигуру. Даже в традиционный образ мрачного фюрера поленился перевоплотиться.

Мэнсон играл в основном материал из нового альбома, публика же явно желала проверенных временем песен и приветствовала давно известные хиты куда более бурно. Но за час таковых сыграно было немного. Это был новый Мэнсон, совсем не такой, каким его видели фанаты два года назад, во время первого визита в Петербург, и этот Мэнсон явно не очень воодушевлял публику. Да, всем известно, что музыкант пережил тяжелую депрессию и теперь начинает новую жизнь. Но фанаты «новой жизни» не ожидали, во всяком случае, такой. Те же мрачные подростки, обсуждая концерт в гардеробе, были уверены, что Мэнсон стареет. Никаких прыжков в толпу, никакого дикого хулиганства. Да, между песнями он радостно называл публику motherfuckers, а завершил концерт тем, что швырнул в толпу микрофон. Но это все выглядело скорее как попытка держать марку, чем как самовыражение. Хотя, зная талант Мэнсона-продюсера, можно с уверенностью сказать, что в этом новом виде его тоже полюбят – дайте срок.