От Абрахама до Иисуса

Казанский МКФ мусульманского кино приятно удивил тематическим и эстетическим разнообразием фильмов. Легенды, притчи, антиутопии, семейные драмы, исторические полотна и комедии сложились в многофигурную картину, которая отражает физическую и духовную жизнь мусульманского мира. При этом творческий вклад женщин оказался ничуть не меньше, чем вклад мужчин.

С точки зрения критики список наиболее сильных картин третьего МКФ мусульманского кино «Золотой Минбар» в конкурсе полного метра выглядит так: «Счастье» Мохаммеда Аль-Дараджи, «Баб’ Азиз» Насера Хемира, «Грбавица» Ясмины Жбанич, «Гражданский долг» Джеффа Ренфро, «Любовь на паях» Нии Динаты и «Поездка в Зигзигленд» Николь Балиньян, то есть три «женских» и три «мужских» фильма. По всей вероятности, на какие-то из них обратит внимание и главное жюри фестиваля.

Гильдия киноведов и кинокритиков дипломом отметила картину «Поездка в Зигзигленд» «за изящество и юмор в кинематографическом решении острой темы миграции и выживания эмигрантов в чужой стране, а приз Гильдии получил «Ахлям» (ahlaam – счастье, мечта) «за художественно убедительное опровержение известной мысли о том, что когда говорят пушки, то музы молчат». «Ахлям» – также имя героини, попавшей в психиатрическую больницу после того, как ее жениха арестовала саддамовская охранка. В той же психушке сидит контуженый солдат Али и вынужден работать доктор Мехди, мечтающий о свободном Ираке. Но действительность такова, что свержение диктаторского режима союзными войсками не приносит ни освобождения, ни счастья. Конечно, сумасшедший дом не в первый раз используется кинематографистами в качестве модели ненормального мира, но в данном случае эта конструкция держится не на абстракциях, а на реальных человеческих судьбах.

Религиозных (точнее, имеющих отношение к религии) лент в конкурсе было всего две – «Мессия» Надера Талебзаде и «Абрахам – друг Бога» Мухаммада Реза Варзи, обе иранских и обе решены в «оперном» стиле, что вряд ли случайно. Ведь не случайно же в оперной эстетике снят «Иван Грозный», по поводу которого Довженко съязвил: «Опера средь бела дня».

Но если «Абрахам» просто следует священному Корану, стремясь внести в него новый смысл, то «Мессия» интересен как раз новой интерпретацией историй из Нового Завета. В частности, Талебзаде увязал библейский сюжет и с национально-освободительной борьбой евреев против Рима, и с внутренней борьбой религиозных партий, и с социальным расслоением в Иудее, и с интеллектуальной точки зрения его разыскания очень интересны. Ему бы хоть долю кинематографического таланта Эйзенштейна – и «Мессии» просто цены бы не было.

За шесть дней фестиваль посетило немало именитых гостей. В начале были Катрин Денев, Ольга Будина и Станислав Говорухин, а к концу приехали Евгений Миронов и Олжас Сулейменов, ныне представляющий Казахстан в ЮНЕСКО.

Знаменитому поэту устроили творческий вечер. Вначале был показан пафосный фильм «Олжас», где родословная Сулейменова возводится к воителю XVIII века, якобы предсказавшему, что в седьмом колене у него появится выдающийся потомок. Далее следует героическое жизнеописание, излагаемое торжественным голосом Василия Ланового, время от времени самолично появляющегося в кадре. Биография, как и полагается, отмечена рядом подвигов и терновым венцом, то бишь публичным бичеванием за пророческую книгу «Аз и я».

Виновник торжества был изрядно простужен и плохо себя чувствовал, но, увидев интерес зала, постепенно разогрелся, а во время чтения стихов и вовсе превратился в трибуна, голос которого когда-то гремел на митингах и стадионах. Отвечая на вопросы, Сулейменов говорил о том, что народам бывшего СССР необходимо сохранить интернационализм, определенную государственную поддержку культуры и русский язык как средство общения на постсоветском пространстве. И с ним трудно не согласиться.