Тиран и мученик

В Москве открылась выставка «Свет предназначения», посвященная великому князю Сергею Александровичу Романову. Личность сына Александра II, ставшего, как и отец, жертвой террора, и по сей день вызывает немало споров. Кто он – невинный мученик, пострадавший за свою страну, или же тиран с казарменными повадками? Верную позицию посетитель определит для себя сам, соприкоснувшись с тем, что, по мнению авторов, как нельзя лучше демонстрирует жизнь великого князя, – его личными вещами и документами.

Будучи седьмым ребенком в семье, Сергей Александрович тем не менее был первым, родившимся после воцарения отца. «Знамение во благо» – так сказал митрополит Филарет в торжественной речи на рождение великого князя, пророча императорскому сыну необычайную судьбу. Собственно, печатным вариантом этой проповеди, а также первыми детскими фотографиями Сергея Александровича и открывается экспозиция.

Со временем князь облачился в белый гвардейский мундир Преображенского полка. Множество фотографий и портретов демонстрируют, как он окунулся в воинскую службу с головой, полагая, что отныне его «жизнь – батальон», а «мир – казарма». Позолоченный альбом с фотографиями полка, дневники с припиской «Amen!» («Аминь!») на каждой странице – такова в этот период жизнь Сергея Александровича, воспитывающего в душе твердые принципы самодержавия и консерватизма.

Исторический музей неслучайно испытывает явный пиетет к князю. Один из залов, в которых располагается экспозиция, был некогда кабинетом самого Сергея Александровича – почетного председателя Исторического музея, одного из его основателей, а также московского генерал-губернатора. Получив пост «мэра», великий князь не сидел на месте: увлекаясь археологией, он и его жена Елизавета Федоровна (дочь немецкого герцога) участвовали в раскопках, принося найденное в дар музею.

Четко следуя принципам уваровской триады в политике («православие, самодержавие, народность»), Сергей Александрович не мог не вызывать резкой критики революционеров. В итоге – разорванная «адской машиной» карета, виновато-злобное лицо террориста Ивана Каляева на снимках жандармерии и манифест о смерти Сергея Александровича, печально повторившего судьбу своего отца. Завершают экспозицию ладанки, образки и кресты, принадлежавшие великому князю. Собранные обезумевшей от горя Елизаветой Федоровной с места гибели мужа, до 1985 года они хранились в его усыпальнице в Чудовом монастыре.

Авторы экспозиции попытались представить характер великого князя через его личные вещи – начиная с детских альбомов и заканчивая меню торжественных обедов Преображенского полка. Возможно ли в таком случае верно понять и оценить личность человека – вопрос не из легких, однако ясно одно: субъективной оценки не избежать. Последнее, что видит посетитель, – большой бронзовый бюст Сергея Александровича. Взгляд, холодный, строгий и гордый, устремлен вдаль, и найти в нем некий свет не так уж сложно. Но вот будет ли он тем самым «светом предназначения», о котором нам хотели сказать, решать, определенно, вам.