Дух кино

Программа завершившегося вчера пятого Ханты-Мансийского кинофорума была весьма насыщена – десять картин в международном конкурсе, тринадцать – в российском, а еще внеконкурсные показы и представления завершенных и незавершенных проектов. Президент фестиваля Сергей Соловьев совместил празднование 20-летия фильма «АССА» с презентацией его сиквела «2-АССА-2» и символическим открытием памятника Виктору Цою. А Георгий Данелия познакомил зрителей с анимационным вариантом «Кин-дза-дзы».

Ханты-Мансийск, бывший Остяко-Вогульск, – небольшой город, расположенный возле слияния Оби с Иртышом, с населением около 60 000 человек – за последние годы стал интенсивно развивающимся центром, и не только нефтегазовой промышленности, но и культуры. Особое впечатление производят роскошные дома культуры, будь то кинотеатральный центр «Югра-классик», Центр искусств для детей или небольшое, но очень комфортабельное здание Киноцентра. И, что самое главное, кинозалы этих центров не пустуют – за пять лет существования фестиваля в Ханты-Мансийске появилась публика, которая умеет смотреть не только боевики и триллеры, но и кино, требующее определенного зрительского труда.

В главном конкурсе кинофорума участвовали 10 картин из разных стран мира, отобранных большим знатоком мирового кино, президентом ФИПРЕССИ Андреем Плаховым. Примерно половина из них относится к направлению «реального кино» и просто описывает то, что происходит «здесь и сейчас», не углубляясь в современность и не возвышаясь над ней. Остальные с переменным успехом пытаются оторваться от реальности, уйти в мир воображения или увидеть окружающее в необычном ракурсе. Особняком стоит «Жизнь других» Флориана фон Доннерсмарка, только что получившая «Оскар» как лучший иностранный фильм 2006 года – это, в сущности, не фестивальная, а мейнстримовская картина, рассказанная вполне традиционным языком, но хватающая за душу – и, как выяснилось, не только тех, кто жил при коммунизме, а и тех, кто о нем лишь слышал.

Вот, к примеру, «Чистый воздух» Агнеш Кочиш (Венгрия), нарочито снятый длинными и неподвижными фронтальными планами. Два персонажа – мать, работающая в общественном туалете, и дочь, пренебрежительно относящаяся к материнской работе и мечтающая стать дизайнером. Одна привыкла к вони, другая любит чистый воздух и постоянно открывает окна в квартире. Кульминацией фильма является ограбление туалета (беспрецедентный в мировом кино случай), в ходе которого мать получает травму и оказывается в больнице, а дочь, презрев свою гордость и зажав нос, заступает на ее место – чтобы та, не дай бог, не лишилась работы. Вряд ли стоило ли ради столь несложной морали испытывать терпение и, главное, обоняние зрителей, особо чувствительные из которых просто воротили носы от экрана. «Не знаю, есть ли здесь дух огня и огонь духа, но дух определенно присутствует», – заметил один критик, покидая зал.

Те же, в общем, претензии к фильму «Ласточки прилетели» Аслана Галазова (Осетия), который можно было бы назвать «Несколько дней из жизни интеллигентного наркомана». Герой картины, преподаватель литературы во владикавказском вузе, вспоминает о своей последней «ломке» и попытках найти дозу «лекарства». Как он дошел до жизни такой – неизвестно, как вернулся к нормальному существованию – не очень понятно, но «хождение за ширивом» показано очень подробно и со знанием дела. Образы наркоманов с их заторможенной речью, пересыпанной специфическим сленгом, кажутся весьма убедительными, а закадровый голос героя, сдабривающий эту лексику поэтическими тропами и литературоведческими терминами, придает фильму некоторую двусмысленность. Ломка, конечно, – вещь малоприятная, но, может быть, ради таких полетов фантазии все же стоит подсесть на иглу?

Поскольку председателем жюри фестиваля являлся весьма оригинальный французский режиссер Лео Каракс («Дурная кровь», «Любовники Понт-Неф», «Пола Икс»), а в «Ласточках» упоминается «проклятый» французский поэт Шарль Бодлер (еще тот наркоша), томик которого таскает в портфеле и в конце концов выбрасывает герой, эта картина всерьез рассчитывала на гран-при и в итоге его получила. Тем более что перед нами оказался едва ли не первый осетинский фильм, сделанный на международном фестивальном уровне.

А вот картина совсем иного склада – «Воин с Севера» Антти-Юсси Аннилы (Финляндия), действие которой происходит на финско-китайской границе, но, к счастью, не в географическом, а в чисто метафизическом смысле. Монтажные стыки регулярно перебрасывают героев из современной Финляндии в средневековый Китай и обратно, «Калевала» сочетается с кун-фушным эпосом, а изрядную часть фильма занимают бои на молотках и фрезах с длинными ручками, в ходе которых герои без видимых последствий гвоздят друг друга по черепам. Смысла во всей этой махаловке нет никакого, но смотреть забавно – так же, как и «Долину цветов» Пала Налина (Индия–Германия), герой которой по произволу автора переносится из Непала начала XIX века в современную Японию. Словом, разгул воображения без контроля со стороны разума.

В отличие от осмысленного подбора картин в международном конкурсе, в конкурсе российских дебютов царил беспорядок. «Фестивальных картин» здесь всего три – это «977» Николая Хомерики (участник каннской программы), фильм «Франц + Полина» Михаила Сегала, уже объехавший двадцать кинофорумов по всему миру, и «Странник» Сергея Карандашова (главный приз фестиваля «Мередианы Тихого» во Владивостоке). Далее следуют попытки мейнстрима – вроде «Связи» Дуни Смирновой и «Тупого жирного зайца» Славы Росса. А также коммерческие проекты – удачные, как «Питер FM» Оксаны Бычковой и «Жаrа» Резо Гигинеишвили, не очень удачные, как «Дикари» Виктора Шамирова, пошлые – вроде «Жуликов» Марии Маханько по пьесе Виктора Мережко и беспомощные, как «Нас не догонишь» Ильи Шиловского. Удивляет отсутствие столь заметных дебютов, как «Человек безвозвратный» Екатерины Гроховской и «Кружение в пределах кольцевой» Рамиля Салахутдинова, которые могли бы стать украшением программы, – но отборщики их то ли не заметили, то ли не оценили, что еще более странно.