Главная / Газета 12 Февраля 2007 г. 00:00 / Культура

Руководство для желающих жениться

В «Табакерке» сделали ставку на классику

ОЛЬГА ЕГОШИНА

Олег Табаков продолжает поиск режиссерских талантов. На этот раз в подвале на Чаплыгина вышла премьера молодого режиссера Сергея Пускепалиса, который после окончания мастерской Петра Фоменко уехал работать в Магнитогорск. Для дебюта на столичной сцене Пускепалис выбрал репертуарную комедию Александра Островского и Николая Соловьева «Женитьба Белугина».

Ученик Фоменко, поставив пьесу Островского, сумел показать лучшие качества богатых людей. <br>Фото: МИХАИЛ ГУТЕРМАН
Ученик Фоменко, поставив пьесу Островского, сумел показать лучшие качества богатых людей.
Фото: МИХАИЛ ГУТЕРМАН
shadow
Став «первым драматургом русской сцены», исправно поставляя в год императорским театрам по две пьесы, Александр Островский рано начал думать о создании собственной драматургической школы. Возможно, ему мерещилось что-нибудь вроде драматургической артели, где он мог бы на правах мастера превращать драматургические «подмалевки» учеников в полноценные произведения. Так обласкал появившегося в 1876 году в его доме нервного учителя арифметики Николая Соловьева. («Вы, Александр Николаевич, решительно воздвигаете меня среди моей невеселой жизни», – писал ему Соловьев в первую пору их знакомства). Вместе правили и причесывали его пьесу «Кто ожидал?», превратившуюся в яркую и репертуарную комедию «Женитьбу Белугина». Взяв «сценариум», предложенный молодым соавтором, Островский садился к столу сам, расцвечивая канву живыми красками и звуками.

В «Женитьбе Белугина» узнаваемы излюбленные Островским типы: молодой купец-миллионер, влюбившийся в девушку из обедневшего благородного семейства. Циничный молодой человек без средств, готовый наставлять рога другу и жить за его счет. Молодая девушка, влюбленная в обманщика, выходящая замуж по расчету, чтобы без помех развлекаться на мужнины деньги. Но все коллизии, которые сам Островский решал в «Красавце-мужчине» или в «Бешеных деньгах» в драматическом ключе, в «Женитьбе Белугина» решаются с легкостью святочной сказки. Помотавшись после свадьбы месяц по маскарадам, молодая жена вдруг понимает все ничтожество своего возлюбленного и привлекательность мужа. И понимает, что ее счастье не заграница с любовником, а житье с мужем на фабрике. Умилившиеся родители благословляют счастливую дорожку молодых.

Сергей Пускепалис, окончивший мастерскую Петра Фоменко в ГИТИСе (среди его сокурсников Миндаугас Карбаускис, Василий Сенин), на выпуске показывал спектакль «Двадцать семь» по пьесе Слаповского. Изысканный и остроумный этюд, где все персонажи сидели в кружок на стульях и только обменивались ударами-репликами, демонстрировал уверенную руку и прихотливый вкус постановщика. Уехав на работу в магнитогорский Театр драмы, молодой режиссер, не растеряв юмора и вкуса, явно научился работать в контакте с публикой и учитывать ее вкусы. Сентиментальность, юмор, насмешка и пафос в постановке в «Табакерке» умело уравновешены. Внятность почерка, легкий ритм, культурная интонация – узнаваемые черты школы Фоменко.

Сергей Пускепалис рассыпал по сцене много занятных деталей, находок (графин, дрожащий в руках лакея, когда ругаются хозяева), служащих своего рода комическими точками ситуации. Актеры играют, утрируя манеру, принятую для «мелодр-р-рам». Злодей Агишин (актер Театра имени Гоголя Иван Шибанов) то и дело демонстрирует публике мужественный профиль и разговаривает преимущественно многозначительным шепотом. Маменька Белугина (Надежда Тимохина) то и дело утирает слезы. Великолепная маменька невесты (Марианна Шульц) в платье с уморительными бантами закатывает глаза, наивничает, то чирикая, то неожиданно рявкая басом. Уморительно смешная, по-водевильному яркая героиня Марианны Шульц стала камертоном постановки.

Счастливая невеста (Лина Миримская) пока более убедительна в первой части спектакля, где ее героиня расчетливо кокетничает, планирует будущую супружескую жизнь. И, как уверенная в себе кошечка, вовсе не торопится спрятать коготки ни от жениха, ни от любовника. Жених Белугин (актер Театра имени Гоголя Евгений Миллер), наоборот, расцветает к концу пьесы, когда вместо влюбленного мямли на сцене появляется уверенный предприниматель, твердо знающий, чего он хочет от жизни.

Если попытаться в духе Островского вывести из постановки «Табакерки» какую-либо мораль, то, видимо, прозвучит она примерно так: «Очень богатый человек может себе позволить даже чистую любовь».

Опубликовано в номере «НИ» от 12 февраля 2007 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: