Главная / Газета 29 Января 2007 г. 00:00 / Культура

«Все мои фильмы строятся вокруг души»

Режиссер Павел Лунгин

ВИКТОР МАТИЗЕН

Фильм Павла Лунгина «Остров» стал безусловным фаворитом кинопремии «Золотой орел», церемония награждения которой прошла в Москве в минувшую субботу. Картина, претендовавшая на награды в семи номинациях, получила шесть «орлов», в том числе как лучший игровой фильм. Самого Лунгина назвали лучшим режиссером года, а сыгравшего главную роль Петра Мамонова – лучшим актером. Таким образом, лента о русском монахе-отшельнике с завидной скоростью продолжает брать отечественные и международные призы. Уже сегодня «Остров» может получить еще один – на престижном американском фестивале в Сандэнсе, если, конечно, «островная» история заинтересует голливудских экспертов. А пока, едва отдышавшись после «Золотого орла», Павел ЛУНГИН ответил на вопросы «Новых Известий».

shadow
– Павел, на церемонии вручения приза Петр Мамонов сказал, что вокруг «Острова» возник «нездоровый ажиотаж». Вы с этим согласны?

– Я не вижу того, что можно было бы назвать ажиотажем. Мне кажется, что есть смиренное приятие картины и есть лишенное резкости неприятие ее. Я рад, что нашу работу смотрят и обсуждают.

– Ее посмотрело значительно большее число зрителей, чем обычно собирают фильмы категории «арт»…

– Вероятно, она отвечает на вопросы, которые люди сознательно или подсознательно задают сами себе, на вопросы о смысле жизни, о возможности искупления. Наверное, этому способствует и традиционная форма картины, и православная среда, в которой происходят события.

– Можно ли сказать, что «Остров» в чем-то продолжает «Покаяние» Тенгиза Абуладзе и «Цареубийцу» Карена Шахназарова?

– Пожалуй, да, но наш фильм более камерный и в большей мере обращен к отдельному человеку, нежели к обществу в целом.

– Получая награду, вы сказали, что давно шли к «Острову», еще с вашего дебюта, с «Такси-блюза». Что именно вы имели в виду?

– Я начал снимать поздно, в 40 лет, и у меня было мальчишеское желание играть с разными языками, разными жанрами и знаковыми системами. Но при этом все мои фильмы строились вокруг души человека. Меня всегда завораживало то, что можно назвать «просыпанием души», часто вопреки разумным побуждениям и материальным интересам. Оно было и в «Такси-блюзе», героем которого овладевало мучительное беспокойство, и в «Луна-парке», и в «Свадьбе». Но там это содержание в какой-то мере закрывалось формой, а в «Острове» форма стала простой и прозрачной.

– И вы, как некогда писал Пастернак, впали, как в ересь, в неслыханную простоту?

– Мне льстит это сравнение.

– Фильм «Рахманинов», который вы сейчас заканчиваете, продолжит эту простую и обращенную к человеческой душе линию?

– В той мере, в какой самого Рахманинова и его творчество можно назвать простыми. Но, безусловно, это будет фильм о внутреннем мире композитора – о ностальгии, о боли, о даре любви и о том, как мир, проходя через душу художника, претворяется в музыку.


Опубликовано в номере «НИ» от 29 января 2007 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: