Главная / Газета 1 Декабря 2006 г. 00:00 / Культура

Герой нашего времени

Кинорежиссеры вновь призвали на подвиг князя Александра Невского

ВИКТОР МАТИЗЕН

Не секрет, что интерес кинематографистов к легендарным фигурам национальной истории всегда сопряжен с определенным политическим заказом – государственным или общественным. Именно он определяет, какие именно стороны жизнедеятельности выбранной персоны будут выставлены на первый план, а какие – убраны в тень или даже оставлены за кадром. По сведениям «НИ», совсем недавно два российских продюсера объединились для совместной работы над крупнобюджетным проектом «Александр Невский» по сценарию Владимира Вардунаса. Похоже, что недавние мультипликационные образы Добрыни Никитича и князя Владимира были пробными шарами в патриотической киноигре. Теперь у нас должен появиться по-настоящему крупный киногерой. Не исключено, что в чем-то похожий на казахского «Кочевника», недавно проскакавшего по киноэкранам не без помощи России и США. Ведь фильмы про героев национального масштаба, как правило, имеют между собой много общего.

Образы казахского воина (на снимке сверху) и Александра Невского (в версии Сергея Эйзенштейна). Найдите десять отличий.
Образы казахского воина (на снимке сверху) и Александра Невского (в версии Сергея Эйзенштейна). Найдите десять отличий.
shadow
В демократических странах заказчиком такого рода картин выступает общество, в авторитарных – государство или персонально его руководитель. Вряд ли Франклин Рузвельт давал Фрэнку Капре указание поставить «Молодого мистера Линкольна», но то, что многие ленты этого режиссера вдохновлены президентским «новым курсом», вполне очевидно. Столь же очевидно и то, что Андрон Кончаловский снял документально-пропагандистский фильм о Гейдаре Алиеве не только по зову сердца, но и по заказу нынешнего главы Азербайджана Ильхама Алиева. А вот в недавно вышедшем казахском «Кочевнике» (редкий случай) на заказчика прямо указывают предисловие и послесловие президента Назарбаева.

Не мечом, так миллионами

Сталин титров к картинам не сочинял, но все и так знали, с чьей подачи сняты и к кому обращены картины про российских властителей и полководцев. Обращены иногда в наивной надежде на то, что тиран, посмотрев на свое идеальное отражение, немного очеловечится. Если же говорить о нынешней России, то вряд ли Владимир Путин лично инициировал создание историко-национально-героических фильмов, но несомненно, что к их производству побудило кинематографистов именно путинское время.

За сто с лишним лет существования кинематографа сложились и определенные каноны изображения фигур национального масштаба – вплоть до того, что для внушительности актеров, которые их играют, ставят на платформы-котурны (как Николая Симонова – Петра I) и снимают с нижней точки. Разумеется, и к Александру Невскому будут применять аналогичные приемы. Правда, о том, кому его предстоит играть, пока ничего не известно. Но крайне желательны величавая внешность и крупное телосложение.

Разумеется, что в случае государственного или персонального заказа денег на кино не жалеют. В СССР не любили оперировать цифрами затрат и сборов, но не составляет большого труда заключить, что и советская версия «Александра Невского», и «Петр I» (особенно последний) были не только весьма затратными, но и очень прибыльными проектами. Бюджет «Кочевника», чьим сценаристом и продюсером выступил известный кинодраматург Рустам Ибрагимбеков (именно он станет одним из продюсеров нового «Невского»), огромен не только по казахским, но и по российским меркам – 40 млн. долларов. А вот с прибылью пока непонятно. В России «Кочевник» собрал 2,4 млн. долларов, что для «восточного» фильма можно считать очень неплохим результатом. В Казахстане, пройдя 10 копиями в 24 кинотеатрах, – сумму мизерную по абсолютной величине, но приличную в пересчете на копию.

Впрочем, казахскую сторону вряд ли особо интересует коммерческая прибыль – достаточно прибыли политико-идеологической. «Видать, могучая страна, раз может себе позволить такое дорогое удовольствие», – подумает зарубежный зритель. Что и требовалось заказчику. Бюджет «Александра Невского», кстати, пока составляет «всего» 10 млн. долларов, но съемки еще не начались, и эта сумма вполне может увеличиться.

Теперь грозить нам будут шведы

Как бы ни объясняли создатели нового «Невского» свой интерес к герою художественными причинами, их постановка вызовет скорее интерес с идеологического и политического углов зрения. Некоторые их высказывания уже дают повод к актуальным толкованиям.

«Александр Невский был не только замечательным полководцем, но и прекрасным дипломатом, который старался решать вопросы переговорным путем, – сказал «НИ» один из продюсеров фильма Игорь Каленов. – Более того, он первым сформулировал современный политический принцип мирного сосуществования в
shadow Европе». «Это едва ли не единственная ничем не запятнанная фигура русской истории, не случайно причисленная к лику святых, – заявил другой продюсер Рустам Ибрагимбеков. – Самодержавие, в отличие от более древней демократической традиции Новгорода, было для России чужеродным и оказалось губительным в разных его формах».

Если учесть, что в картине будет действовать антагонист Александра, обращающийся за помощью к шведам, чтобы свергнуть князя и занять его место, а Невский в борьбе со шведами заручается поддержкой татаро-монголов, то окажется, что в новом историческом блокбастере сойдутся все основные оппозиции национального сознания, всегда использовавшиеся отечественным кино – между самодержавием и демократией, православием и католицизмом, Востоком и Западом. Если картина появится к 100-летию кинопроизводства в России – будет, о чем пошуметь.

Кстати, трактовка исторических событий – штука во внешнеполитическом смысле небезопасная, ведь один и тот же человек для одного народа может быть героем, а для другого – лютым врагом. Был показательный случай на встрече польских и советских кинематографистов, когда Сергей Бондарчук, делясь творческими замыслами, сообщил, что собирается экранизировать «Тараса Бульбу». Вряд ли он догадывался о том, что эту повесть наши ближайшие соседи считают антипольской, не говоря уже об израильтянах, которые вслед за своим классиком Жаботинским считают ее антисемитской. Бондарчук «Тараса Бульбы», как известно, не поставил.

Столь же интересное положение, как с «Бульбой», теоретически может сложиться и с «Кочевником», если президент Калмыкии Кирсан Илюмжинов вспомнит, что «плохие» джунгары, с которыми бьются в этом фильме «хорошие» казахи, – не кто иные, как предки нынешних калмыков. И предложит тому же Рустаму Ибрагимбекову, ставшему уже специалистом по нацгероям, во искупление своего греха перед калмыцким народом снять «Антикочевника». Впрочем, продюсер заявил, что «кинореваншами» заниматься не намерен.


Алексей ГЕРМАН:
– Фильм об историческом герое интересен мне лишь в том случае, если он о человеке, а не о монументе. Политический заказ и имперский стиль мне претят. Торжественно-иконописный Черкасов – Невский, который воюет с немцами, которые с нами в XIII веке не воевали, – смешное зрелище. Тем более что реальный Невский был побратимом Батыя, разорившего Русь.

Александр СОКУРОВ:
– Кино – инструмент для реализации художественных, а не государственных задач. Но художественный фильм столь емок, что в нем можно найти ответы и на социально-политические, и на воспитательные вопросы. Мы можем забыть, с какой политической целью ставились «Александр Невский» и «Иван Грозный», все это мельчает и уходит, а художественная мощь остается. Кого сегодня интересует, по чьему заказу Леонардо да Винчи создавал свои картины и на чьей стороне был Данте – гвельфов или гибеллинов? Меня потрясает их искусство, а не их политические цели.

Опубликовано в номере «НИ» от 1 декабря 2006 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: