Партитуры не горят

На фестивале памяти Шостаковича случился очередной музыкальный прорыв. Государственная академическая симфоническая капелла России под управлением дирижера Геннадия Рождественского исполнила мировую премьеру недавно найденного сочинения композитора. Обнаруженной партитурой дело не ограничилось: уже давно в концертных программах за один вечер не звучало столько раритетов.

Рукопись сочинения нашла в архиве Шостаковича музыковед Ольга Дигонская. 24 страницы (3222 такта) оркестровой партитуры, обрывающейся на «полуслове», были вложены в автограф клавира оперы «Игроки», написанной в начале 40-х годов. После тщательного анализа (проверяли даже бумагу, на которой была написаны ноты) ученые установили, что эта рукопись – первый, неоконченный вариант Девятой симфонии. Со временем замысел композитора изменился, и симфония получилась не таким масштабным и монументальным музыкальным полотном, которого от нее ждали.

Пожалуй, ни один дирижер, кроме Рождественского, не смог бы исполнить ее лучше. Ведь любимое занятие маэстро – исполнять малоизвестные или напрочь забытые сочинения классиков. Он дописал несколько страниц, чтобы придать фрагменту завершенный вид. И так точно передал стиль Шостаковича, что никто, кроме специалистов, не смог бы определить, в каком месте рукопись оборвалась. После нее оркестр сыграл поэму для баса, смешанного хора и оркестра «Казнь Степана Разина» на стихи Евгения Евтушенко, которая прозвучала как реквием в память Шостаковича.

Трагический настрой концерта сменился на прямо противоположный, когда Рождественский перешел к очередному раритету – сюите из музыки к спектаклю «Условно убитый». Ее дирижер отыскал сам в одном из московских архивов. Точнее, не оркестровый вариант сюиты (эта партитура была утрачена), а ее клавир с пометками композитора, какой оркестровый инструмент должен звучать в том или ином месте. А специалист по музыке Шостаковича, английский композитор Джерард Макберни по этим заметкам сумел восстановить партитуру.

Спектакль «Условно убитый» был эстрадным ревю. Главного героя, который попытался сбежать во время военизированной игры, и был объявлен «условно убитым», сыграл Леонид Утесов. В ревю дебютировала певица Клавдия Шульженко, а одну из ролей, как сказал маэстро Рождественский перед исполнением этой сюиты, сыграла немецкая овчарка Альфа, одетая в балетную пачку. В начале спектакля Утесов появлялся на киноэкране, потом пролетал над залом подвешенным на канате и приземлялся на сцене. Шостакович в то время был молод, и ему тоже хотелось похулиганить. Неудивительно, что музыка вышла выразительной и легкой и в ней встречается немало специфических музыкальных шуток. К примеру, нежный и легкий как суфле вальс постепенно переходит в меланхолическое музыкальное «кваканье» духовых. А в одном фрагменте оркестр замолчал, и вместо него один музыкант, спрятанный в глубине оркестра, стал играть соло на маленькой гармонике.

Исполняя эту сюиту, Рождественский тоже решил слегка пошутить. Рассказывая об овчарке Альфе, он довольно комично ее изобразил: пока играла гармошка, скрестил руки под грудью и уперся пальцем в щеку, показывая, что ему, как дирижеру, здесь вообще делать нечего. А потом продемонстрировал несколько движений русского танца. Маэстро, как в прежние времена, сопровождал свое выступление историческим комментарием. И с актерским мастерством объявлял название каждого номера сюиты. А после концерта на бис еще раз сыграл «лягушачий» вальс.

Эстафету фестиваля Дмитрия Шостаковича скоро подхватят Максим Шостакович и Юрий Башмет, выступающими с концертами в декабре. А завершится смотр концертом оркестра Мариинского театра под управлением Валерия Гергиева.