Главная / Газета 16 Ноября 2006 г. 00:00 / Культура

Окошко в Рим

Итальянцы показали москвичам Вечный город маленького формата

СЕРГЕЙ СОЛОВЬЕВ

В Музее современного искусства открылась итальянская выставка Punto Uno, на которой представлены почти полторы сотни произведений художников, работающих в Риме. Главная интрига экспозиции состоит в том, что все произведения выполнены в разных техниках, но в одном размере – 18 на 24 сантиметра. Именно таким в старые времена был самый распространенный размер картинок (и назывался он punto uno), а сегодня это наиболее удобный способ устроить передвижной проект.

Так Маурицио Каннаваччуоли в картине «Падение» рассказал о римском фашизме.
Так Маурицио Каннаваччуоли в картине «Падение» рассказал о римском фашизме.
shadow
Идея римских кураторов заказать актуальным художникам Вечного города произведения в одном формате, конечно, не нова. Такого рода ограничения – по размеру, по материалам, по темам (например, сделать исключительно «московские» сюжеты или «любовные истории») – накатанный галерейный прием. Он стимулирует фантазию авторов и зрительский интерес. Другое дело – для чего эти ограничения вводятся: в одном случае это могут быть просто требования спонсоров или чисто светское развлечение, в другом – концептуальный ход. Как раз на концепт и рассчитана выставка Punto Uno – разглядеть сквозь окошки высотой в 18 сантиметров и шириной в 24 облик сегодняшнего Рима.

Самое простое определение этого облика, которое рождается на двух этажах выставочного зала в Ермолаевском переулке: Рим – очень разный. Здесь и вполне себе классическая масляная живопись, и поп-артовские принты, и раскадрованная фотография, и объекты из пластилина и реальных окурков. Граффити на древних камнях и индустриальный мусор на старой императорской дороге – вот его парадоксы. Но более всего в римском проекте проявилось типично итальянское виртуозное владение формой без особого интереса к содержанию – почти все «пунтовые» изделия балансируют на грани изящного салона, ни одно не несет ни критики, ни боли, ни социального заряда, характерного для такого рода темы. Оттого вся выставка выглядит вполне академично – в духе классических абстрактных штудий: кто кого «перекрасивит».

Естественно, нашлись и такие художники, которые совместили свои салонные экскурсы с римским краеведением. Пьеро Пицци Канелла создал барочные зарисовки «Соборов», Мария Домне раскрасила снимок с площадью Марка Аврелия на манер геометрических композиций Мондриана. Наконец, одна из самых остроумных находок – «Пуговицы правды» Наойи Такахары: художница сделала пуговицы довольно внушительных размеров в виде маски знаменитого римского монумента Bocca della Verita (Уста Истины) – физиономия с раскрытым ртом, куда туристы засовывают руки (по преданию, если преступник солгал перед судьями, божество внутри маски отрубало ему кисть).

Однако главную римскую примету можно углядеть поверх сюжетов и технических кульбитов. Неизвестно, по каким причинам, но большинство художников создали серии из трех картин. В результате стены музея покрылись небольшими переносными триптихами – вполне религиозная форма (на одной стороне – Ад, на другой – Рай, в середине – Вечный город). И в этом случае вновь оправдалось предназначение Рима – служить местом исторических паломничеств. Правда, тут же вскрылась еще одна его мистическая черта – он плохо совместим с современным искусством. Ее подметили уже сами кураторы: «Рим – ничем не удивишь, он все перемалывает, здесь кроется и его величие, и его ограниченность». Так он перемолол современных художников, выдав лишь огрызки размером 18 на 24.

Опубликовано в номере «НИ» от 16 ноября 2006 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: