Главная / Газета 19 Июля 2006 г. 00:00 / Культура

Бард Галина Хомчик

«Слеты авторской песни проходят и в Пенсильвании»

ЕВГЕНИЯ ШМЕЛЕВА

Лето – традиционно горячая пора для бардов. А для самой известной из них – Галины ХОМЧИК – горячая пора вдвойне: только что завершился Грушинский фестиваль, где Галина Викторовна традиционно была почетным членом большого жюри (уже 18-й год подряд) и ведущей главного концерта на Горе. На повестке дня – фестивали в Кирове и на Селигере. Несмотря на столь плотный график, исполнительница авторской песни нашла время для интервью «НИ».

Фото: PHOTOXPRESS
Фото: PHOTOXPRESS
shadow
– Галина Викторовна, сейчас идет коммерциализация музыки: она превращается в бизнес. Барды тоже ездят на гастроли, выпускают диски, книги, поют по клубам. Не противоречит ли это природе бардовской песни?

– Я не называю это коммерциализацией. Каждый человек должен получать за работу деньги. А коммерциализация – это если я буду ездить по городам и писать песни про каждый город. Что-то вроде: «Я написала вам «Москва – звонят колокола», заплатите мне за это деньги!» (Автор слов этой песни Олег Газманов. – «НИ»). А я как пропагандировала песни Визбора и Окуджавы, не изменяя себе, так пропагандирую, но получаю деньги, поскольку это моя работа. И я считаю это абсолютно правильным. Тот, кто с когда-либо сталкивался с гастролями и концертами, знает, что это колоссальный труд. Мне смешно, когда говорят: «Ой, Митяев! Он ради денег туда-сюда ездит!» Я вижу, как Олег работает. Представьте, у человека 30 концертов в месяц, он сам себе не принадлежит, у него самолеты, поезда. А что такое наши поезда, каждый представляет. Для меня, например, каждая дорога – испытание. В духотище, с чужими людьми в поезде, в чужих гостиницах, где-то в нормальных, где-то в грязных… Это трудно психологически. Я домашний человек, люблю домашний уют, свою семью, но все время от нее оторвана. Поэтому совершенно нормально, что за свой труд люди получают вознаграждение.

– Есть ли авторы и исполнители, которые не занимаются ничем другим, кроме авторской песни? Барды по профессии?

– Митяев, Мищуки, Витя Третьяков… Многие авторы наши – Вероника Долина, Наташа Кучер – они зарабатывают только тем, что пишут, это их профессия. Я тоже, можно сказать, зарабатываю сейчас в основном только тем, что работаю бардом. Живу за счет концертов и гастролей, кормлю себя, своих родителей, семью. Последние пять лет у меня плотный концертный и гастрольный график. Только что месяц была в Америке с концертами. Там все «наши», мы заселяем планету потихоньку. В каждом штате – свой слет авторской песни. Вот у меня гастроли закончились на слете авторской песни в Пенсильвании: все то же самое, что у нас на Грушинском – палатки, сцена, концерты, костры… Только чуть более цивилизованно. А публика – вся наша эмиграция. Кто-то уехал пять лет назад, кто-то двадцать – тридцать, кто-то уже по-русски с трудом говорит, но благодаря песне, этому пласту культуры, в нем поддерживается любовь к языку. Я довольно часто бываю в Америке: последние несколько лет – раз в год или раз в полгода.

shadow – С какими авторами вы сейчас сотрудничаете?

– Благодаря тому, что езжу на фестивали, я нахожу авторов. Вот в Киров сейчас поеду на фестиваль. Я люблю сидеть в жюри, в отличие от многих. Просто потому, что для меня это познание: я пытаюсь найти те самые искорки новые, из которых потом разгорится пламя. Я вот Олю Чикину услышала на Грушинском – сразу попросила у нее песню, выучила… Так что ищу на фестивалях, на кассетах.

– Вы много лет исполняете чужие песни. А сами не пробовали написать?

– Стихов не пробовала никогда, хотя все почему-то ждут. Это такой странный шаблон: если ты на филфаке учился, значит, когда-нибудь пробовал писать стихи. Я никогда не пробовала. Стихи – это же от Бога! Это свыше спускается, озарение некое. У меня этого нет, все молчит внутри. Музыка – тоже озарение. А все считают, что если я окончила музыкальную школу имени Гнесиных, то обязательно должна что-то сочинять. Я по слабости человеческой лет в девятнадцать поддалась на уговоры друзей и попыталась написать музыку на чьи-то неизвестные стихи. Выжимала, вымучивала – написала. И пришла в полный ужас: все было надуманно, натужено, неинтересно и составляло компиляцию из всех мелодий, которые у меня в голове когда-то звучали. Ничего оригинального, своего там не было. И было страшно противно! Я поняла, как была права, что ничего не писала и писать не буду. И чем больше я сижу на фестивалях и слушаю людей, которые пишут, тем больше убеждаюсь в правильности своей позиции: если тебе это свыше не дано, не надо насиловать природу. Получится графомания. Ее и так очень много. А быть некой серой массой, чтобы друзья сказали: «клево!», я не хочу.

– Очень немногие барды известны в масштабе страны. Вас можно назвать звездой авторской песни…

– Я ненавижу это слово – «звезда»! Я считаю, что звезда по-настоящему – это Уитни Хьюстон или Барбара Стрейзанд, или Пол Маккартни. Вот их можно назвать звездами. Это люди, которые, обладая талантом – музыкальным, исполнительским, – всю жизнь работали, этот талант развивали и завоевывали весь мир собственным трудом. Не фонограммами, которыми сейчас завоевывают залы наши звезды: включил «фанерку», рот пооткрывал – все отлично!.. При этом тебя записали в студии, обработали, подтянули. А люди, которые собственным трудом сами себя пробивали: Алла Пугачева в нашей стране – это звезда, Иосиф Кобзон – звезда, Лев Лещенко, Лариса Долина – звезды!..

– А среди бардов нет звезд?

– Среди бардов – только Олег Митяев. И Сергей Никитин, безусловно. Еще Виктор Берковский был звездой, но, к сожалению, непризнанной. А я люблю эти песни и их пою, вот и все. От каждого концерта сама получаю колоссальное удовольствие, и мне хочется, чтобы людям понравились эти песни.

– Во всех направлениях музыки – в роке, в поп-музыке – есть свои законы, свои слушатели, свои задачи. Бардовская песня живет по тем же законам? Насколько понятия «фанаты», «слава» присутствуют в вашей жизни?

– Я пою такие песни, которые отвергают само слово «фанаты». Фанаты у других – у тех, кто поет музыку «для ног». У меня нормальные люди, единомышленники и поклонники. Авторская песня – для думающих людей. Она для того, чтобы сохранялась чистота человеческих отношений. Она объединяет людей для доброго, человеческого общения. Я считаю, это та задача, которую она выполняет.

– Какие-то существенные перемены произошли с самой авторской песней за последние годы?

– Сколько наблюдаю это замечательное явление, столько понимаю, что оно развивается вместе с тем, как развивается общество. Вот как мы идем, как идут технический прогресс и другие процессы, так идет и бардовская песня – следом за нами. В 60-е были одни реалии в песнях. Даже языковая стилистика была одна, встречались какие-то слова, которые мы сейчас уже не употребляем, а кто-то не знает даже их значения. А в 70–80-е появились новые явления в жизни – и появилось новое в авторской песне. Она, как зеркало, все отражает. Но настоящая авторская песня – это все равно хороший русский язык, настоящая поэзия. И если появляются какие-то новые авторы, они тоже продукт своего времени. Они говорят совершенно своим языком. Вот из прошлогодних лауреатов Грушинского – например, Ольга Чикина. Она говорит языком абсолютно современной молодежи, чуть-чуть сленговым, чуть-чуть самоироничным, но это все равно поэтический язык, современная поэзия. Образы, которыми она мыслит, построение речи – все это абсолютно совместимо с поэтическими законами.

– Если попробовать заглянуть в будущее, как вам кажется, что произойдет с авторской песней в дальнейшем?

– Я считаю, что она как развивалась все эти шестьдесят лет, так и будет развиваться. Кто-то будет идти в ногу со временем и, как газетчик, отражать то, что происходит в современном обществе. А кого-то будет волновать внутренний мир человека, то есть вечные ценности, которые и в первобытном обществе были, и сейчас важны: любовь, дружба, окружающий мир, радость от того, что ты живешь на земле, глубокие человеческие отношения…

– А песни Окуджавы, Визбора, как вам кажется, будут слушать следующие поколения?

– Дело в том, что песни Окуджавы и Визбора как раз и составляют основу жанра, они живут столько лет, потому что они о вечных ценностях. Может быть, через какое-то время, лет через 50 например, исчезнет слово «троллейбус», и новое поколение, которое родится, не будет знать, что это. Но песня Окуджавы о полночном троллейбусе будет жить, потому что она не про транспорт, она про человека. Окуджава и Визбор, я считаю, будут жить еще многие десятилетия, потому что то душевное тепло, которое там есть, оно будет востребовано.


СПРАВКА

Галина ХОМЧИК – популярная исполнительница бардовской песни, автор многочисленных телевизионных программ о бардах. Родилась 30 мая 1960 года в Москве. Окончила музыкальную школу им. Гнесиных по классу фортепиано и филологический факультет МГУ им. М.В.Ломоносова (1984). С 1984 года работает на телевидении. Подготовила цикл программ и фильмов об авторской песне и наших бардах. Вместе с Олегом Митяевым была ведущей на радио. Лауреат многочисленных фестивалей авторской песни.

Опубликовано в номере «НИ» от 19 июля 2006 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: