Нерусский рок

В пятницу во МХАТе имени Горького музыканты «Вежливого отказа» отпраздновали свое двадцатилетие и доставили поклонникам забытое удовольствие: коллектив не выступал с концертами уже около четырех лет. Группа, набравшая обороты в 80-е, продемонстрировала, что, несмотря на длительный перерыв, находится в неплохой форме. Однако возвращаться к активным гастролям и студийной работе музыканты не спешат.

В середине 80-х шоумен и художник-авангардист Гор Оганесян размахивал во время концертов «Вежливого отказа» тухлым мясом. Тот перфоманс запомнился надолго. На этот раз публику так не эпатировали, тем не менее скучно не было. В ритме марша на сцену бодро вышли мужчины, им аккомпанировала трогательная флейта. Басист Дмитрий Шумилов почти оперным вокалом затянул: «Обыватель – дядька шустрый!»

На что похожа музыка группы, сказать невозможно, слишком они самобытны: тут своеобразная гремучая смесь джаза, авангарда, рока, классики, этники, абсурда, даже Ника Кейва. Их музыка – это то, что в литературе зовут оксюмороном: они совмещают несовместимое, и их дисгармонии оказываются на редкость гармоничными.

Конечно, «Вежливый отказ» никогда не был тем, что называется русской рок-группой. Будучи интеллектуалами и экспериментаторами, музыканты скорее ближе по духу к таким командам, как «Три О», и прочим коллективам, стиль которых легче всего определить, как «музыка не для всех».

Сначала казалось, что музыканты немного стесняются и как бы проверяют публику на прочность: мол, не забыли ли нас? Не разлюбили? Слушатели «намекнули», что помнят и любят. Чудная молодежь в цветастых одеждах отрывалась плечом к плечу с солидными мужчинами и их дамами, вспоминавшими молодость.

Лидер «Вежливого отказа» Роман Суслов (который уже давно занимается не музыкой, а коневодством), словно лопочущий ребенок, ударился в одну из своих коронных фишек – выкрикивать невнятицу, сплошь фонемы без знакомых слов. Роман выкрикивал и распевал что-то эмоциональное. Как объясняет сам автор, в какой-то момент ему стало не хватать слов в русском языке, и он начал заниматься звукоподражанием. Но как только вакханалия звуков, выкриков подошла к незримой черте, за которой скрывался шаманский обряд, музыканты вдруг перешли на лирику. Она тоже совершенно особая у «Вежливого отказа» – глубоко смысловая и по-своему трагичная: Роман демонически затягивал песню «Жаль!». А во втором отделении Петр Плавинский (в свое время именно он придумал название «Вежливый отказ») занялся чтением очень странных детских стихов. Тексты «Вежливого отказа» временами вообще напоминают Хармса: «Клим Ефремыч скачет на коне. В правой ручке сабля наголо. В левой ручке Маркса первый том. Он его читает по утрам».

Зал академического театра не то помещение, в котором хорошо праздновать юбилей столь экстраординарного коллектива. В последних интервью Роман Суслов говорил, что этот концерт – скорее явление разовое. Однако поклонники не теряют надежды, что «Отказ» все-таки возродится из пепла.