Тоска зеленая

Первой премьерой нового года в Театре им. Гоголя стала сказка Гоцци. Молодой режиссер Константин Богомолов переименовал «Зеленую птичку» в «Повар-вор, его жена, близнецы и зеленый любовник», нашпиговал спектакль отсебятиной и шлягерами, превратив сказку в нечто тяжелое, скучное и маловразумительное.

Углубившись в программку, дама за спиной неожиданно тяжело вздохнула и обратилась к спутнику: «Недавно видела ужасный фильм с похожим названием. Это не тот же режиссер снял?» «Что ты! Даже не однофамилец!» – ответил сосед. Когда свет в зале погас, зрители смогли убедиться, что молодой и энергичный Константин Богомолов, сделав в названии поклон британскому киноэстету Питеру Гринуэю, исчерпал в этом жесте практически всю фантазию и юмор.

Плохие спектакли, как известно, делятся на просто плохие, очень плохие и беспомощные. «Повар-вор, его жена, близнецы и зеленый любовник» на сцене Театра Гоголя относится к последним. Честно говоря, не знаешь, негодовать или умиляться полной неспособности постановщика что-либо продемонстрировать со сцены. Ни фантазии, ни юмора, ни умения грамотно выстроить мизансцену, наконец, внятно донести сюжет, где речь идет о близнецах, потерявших родителей, и поисках птички, которая все знает.

Сцена забита бутафорским реквизитом: тут и конь-каталка, и помост, и клетка, и трон, и нависающая люстра, и светящийся зеленый пол. А главное – куча актеров, которые выполняют роль живого реквизита. Действующие лица торчат на сцене все три часа, пока длится спектакль, ожидая своей сцены. Король Тарталья скачет на лошади, министр Панталоне удит рыбу, несчастная, чудом спасенная мать детишек Нинетта сидит в подземелье, злодейка королева-мать Тартальона восседает на троне рядом с советчиком Бригеллой. Сказочная зеленая птичка томится в клетке. Рядом фигура в красном – ее стережет злобный людоед.

Сказочный текст Гоцци режиссер разбавил шутками «ниже пояса» и разредил шлягерами. Примерно раз в семь–десять минут какой-нибудь персонаж непременно запевает песню. Все девятнадцать вокальных номеров по порядку обозначены в программке. Самые дотошные зрители потихоньку вычеркивали спетые песни, чтобы понять, сколько осталось до конца спектакля. Песни были самые разные: тут и шлягеры советских композиторов, и народные-хороводные, и комсомольские. Многие слегка переделаны под спектакль. Отправляясь за приемным сыном в поход, Труффальдино напевает: «Дан приказ ему на Запад, ей в другую сторону. Уходил ваш Труффальдино за зеленой птичкою!»

Заканчивается спектакль сказочным хеппи-эндом и хоровым исполнением песни: «О, если б вы знали, как дорог у Черного моря приснившийся мне в цветущих акациях город»… Как вы понимаете, герои имеют в виду Венецию.

Впрочем, сам Карло Гоцци писал, что сказочный род театральных представлений «много труднее всех других жанров». Даже если они обладают «новизной и опьяняющим красноречием, они никогда не произведут должного впечатления и не оправдают огромных затрат и труда наших бедных актеров». Чтобы произвести это «должное впечатление», они должны заключать в себе «философские мысли», «остроумную критику», «диалоги, исходящие из глубины души», и «прежде всего то очарование, благодаря которому для зрителей невозможное становится реальным».