Главная / Газета 22 Декабря 2004 г. 00:00 / Культура

Оперный дефицит

В следующем году в Москве будет негде послушать вокальную классику

МИХАИЛ МАЛЫХИН

В 2005 году москвичам придется отвыкать от разнообразия музыкальных проектов в пяти оперных театрах столицы. Основное здание Большого театра окажется закрытым, Музыкальный театр Станиславского и Немировича-Данченко откроется после реконструкции лишь ближе к концу года, а три малых оперных театра Москвы уже сейчас оказались практически выключенными из музыкальной жизни.

«Малые» оперные театры выключаются из культурной жизни Москвы.
«Малые» оперные театры выключаются из культурной жизни Москвы.
shadow
Несколько лет назад, начиная осваивать новое здание «Новой оперы», художественный руководитель и главный дирижер театра Евгений Колобов в интервью «Новым Известиям» сказал: «Театр должен быть не великим, а интересным». В конце 90-х «Новая опера» действительно была в авангарде возрождения и обновления классической музыки, она бросала вызов помпезному академизму и косности традиций, царивших тогда в российской столице. Каждая премьера Колобова была настоящим откровением, и несмотря на пессимизм самого маэстро, его творения вселяли в зрителей веру и надежду на обновление. В прошлом году Колобова не стало. Вместе с ним и сам театр будто погрузился в траур и почти перестал выпускать премьеры, разнообразие в его афиши вносят лишь концерты и вечера арендаторов. Складывается впечатление, что театр умер вместе с его отцом-основателем. В этом нет ничего удивительного, ведь государство строило «Новую оперу» в саду «Эрмитаж» для Колобова и его проектов. Что делать с наследством дирижера, ни в одном положении ничего не было сказано.

Невеселая ситуация складывается сегодня с Камерным музыкальным театром Бориса Покровского. Ведь ни для кого не секрет, что 92-летний мэтр отечественной оперы, мягко говоря, не здоров и не в состоянии вести дела театра. В результате об успехах оперных премьер этого театра давно не слышно. И страдают от этого прежде всего сами музыканты, которые получают здесь копейки (зарплата ведущих артистов здесь составляет порядка 100 долларов в месяц). На благосостояние коллектива не влияет даже тот факт, что театр находится в двух шагах от Кремля и огромная его площадь сдается в аренду частным компаниям.

Третий «малый» московский оперный театр – театр «Геликон» под управлением молодого режиссера Дмитрия Бертмана – сегодня, пожалуй, единственный, кто способен оживлять оперную московскую палитру. Но его труппа сегодня также выпускает премьер в Москве все меньше и все больше времени проводит во Франции, Испании и Америке, зарабатывая славу России за рубежом. Крохотный зал бывшего Дома медиков для Бертмана уже явно тесен.

Вот и получается, что теоретически в столице сегодня есть целых пять оперных театров. А фактически с закрытием Основной сцены Большого театра о прежнем количестве премьер придется только мечтать. По крайней мере, рекордов около двух десятков в сезон (конец 90-х) Москве ждать придется долго. Разумеется, желающие смогут поглядеть старые постановки Большого на Новой сцене, академические версии опер театра Станиславского и Немировича-Данченко на сцене зала Чайковского, да и прежние проекты трех малых театров не сойдут с афиш, но музыкальная жизнь, скорее всего, остановится. Это значит, что в столице еще долго не услышат премьер Россини, Доницетти, Стравинского, Римского-Корсакова. В то время как во всем мире показателем пульса культурной столицы является количество ежегодных премьер. Бывший директор парижской Гранд-опера рассказывал, что его театр вполне способен выпускать десяток новых проектов ежегодно. При этом театру приходится конкурировать в столице Франции с Опера Бастий, Опера Комик и Шаттле. Именно этот ритм и определяет музыкальную жизнь Парижа и дает ему право называться мировой культурной столицей.


Опубликовано в номере «НИ» от 22 декабря 2004 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: