Тяга к фенечке

Петербургский режиссер Юрий Бутусов поставил в «Табакерке» спектакль «Воскресение. Супер» по пьесе братьев Пресняковых. Получился искаженный пересказ романа Льва Толстого. Этакая современная фенечка – зрелище не для слабонервных.

Пьеса братьев Пресняковых «Воскресение. Супер» относится к популярному сейчас роду пьес-изложений. Берется классическое произведение и пересказывается в духе бессмертного, примерно так: «В «Войне и мире» Толстого мне больше всего понравилась сцена, когда Наташа Ростова танцевала на балу со Штирлицем». До таких высот остроумия Пресняковы, правда, не поднимаются, но тоже шутят... как могут. Из аннотации следует, что им удалось создать произведение, не менее захватывающее, чем у Толстого, но оно даже лучше, поскольку «современней».

Князь Нехлюдов, как известно, ныл, пил, бегал за женщинами, являлся пьяным на светские вечеринки, макал гостей мордой в торт, развлекался с хозяйской дочкой на столе, а потом снова ныл о душевной пустоте. Потом он решил жениться на арестантке, с которой когда-то играл в горелки. Перестал мыться, «загипнотизировался тюрьмой», оборвался, провонял и прославился. Наивные души в зрительном зале искренне верят, что Толстой так и писал: «Супер!» Души искушенные получают своего рода извращенное удовольствие от анекдотического снижения высоких предметов. Это только в европейской кухне принята аксиома, что тухлое мясо для потребления непригодно. В массе экзотических блюд «тухлинка» – непременная составляющая стола для гурманов. И, судя по всему, тяга к тухленькому в обществе сейчас выражена достаточно отчетливо.

Продержать пьесу два часа на чистом стебе – вещь довольно трудная. Посему в спектакле «Воскресение. Супер» стебные сцены сменяются сценами патетическими со спорами о Боге, Душе, Смысле жизни, написанными авторами в меру собственных сил и талантов. Стеб пережить можно, но Пресняковых, которые «от души о высоком», – занятие не для слабонервных. Честно говоря, в эти моменты рука рефлекторно ищет пульт, чтобы отключить звук.

Тем более что собственно «картинка» выстроена режиссером Юрием Бутусовым мастерски. Питерский гость, уверенно обживающийся на московских сценах, в очередной раз подтвердил свой высокий профессионализм. Вместе с художником Николаем Симоновым они создали выразительное пространство. Четко уловив авторский взгляд «сверху» на героев Толстого, опустили уровень пола сцены. Цитатности литературного материала соответствует клишированность многократно используемых сценографических образов: лестница, упирающаяся в потолок; дверь, которая захлопывается перед носом героя и о которую он безнадежно колотится; инфернальная массовка, водящая круговые хороводы по сцене. В общем, набор, который давно хочется запретить, тут используется остроумно и по делу. Замечательно работает свет, режиссер точно выстраивает ритмическую ткань спектакля. Так, за патетическим рассказом арестанта (Дмитрий Куличков) с гармоникой следует откровенно эстрадный номер тюремного начальника (Михаил Хомяков). Актеры «Табакерки» играют вполне добросовестно, хотя не слишком разнообразно. Но когда персонажу дана только одна нота, ее довольно трудно «разнообразить». Князь Нехлюдов (Виталий Егоров) все два часа честно держит ноту жалобного надрыва. Героиня Катюша Маслова (Ангелина Миримская) проходит сквозь все сцены в тональности несчастной овечки. Остальные обрисованы буквально одной интонацией. «Супер!» – восклицает Marriette (Марианна Шульц). А английский миссионер (Иван Жидков) удивляется России.

То, что премьера «Табакерки» – это суперспектакль суперрежиссера по суперпьесе супербратьев супер-Пресняковых, оставим на совести составителей аннотации. Но как некая фенечка, тщательно сплетенная режиссером-профессионалом, «Воскресение. Супер» вполне нашего времени случай. Хотя и кажется, что Бутусов способен на что-то большее.