Русских фильмов не будет

Предварительные сообщения о начинающемся Каннском кинофестивале напоминают сводки из конфликтной зоны, где вот-вот разразятся баталии с применением если не танков, то водометов и слезоточивого газа. Пару лет назад идеологи Канна сочли возможным указать остальному киномиру на его – и свое – особое место. Теперь этот марафон фильмов именуется не «Международным кинофестивалем в городе таком-то» (как все прочие кинофесты), а просто Festival de Cannes: то есть весь мир и без того должен понимать, что на этом фестивале творится. Получите! И именно этот кинофорум №1 впервые с революционного 1968 года сегодня якобы находится под угрозой срыва.

Возбудителями спокойствия стали на сей раз французские профсоюзы театральных актеров, у которых миллион материальных терзаний. Эти профсоюзы уже сорвали массу французских культурных мероприятий, включая прошлогодний театральный фестиваль в Авиньоне (№1 в мире театра).

Грешным делом, я не знаю, как они смогут (и как вообще возможно) отменить фестиваль в Канне, который – как мировое событие – уступает по количеству аккредитованной прессы только Олимпийским играм. Там такая охрана, что даже участников шмонают по двадцать раз на дню. Чтобы отменить Канны, нужна натуральная (не дай Бог) война. Даже если ее не будет, не очень хочется пробиваться к главному каннскому залу «Люмьер» сквозь пикеты бастующих, объявляющих тебя чуть ли не штрейкбрехером, хотя ничье место на французской сцене ты не занимал. Сочувствовать пикетчикам трудно: почему, собственно, главное европейское кинособытие должно иметь проблемы из-за внутренних французских театральных распрей? Похоже, многие серьезные кинолюди заочно относятся к бузе так же – с недоумением. Во всяком случае Квентин Тарантино и Никита Михалков, которые согласились возглавить два главных каннских жюри, вручающих среди прочих призов две единственные «Золотые пальмовые ветви» – за победы в конкурсах полнометражных и короткометражных картин (все прочие каннские призы, вопреки уверениям нашей прессы, «ветвями» не являются).

Потенциальное – напишем все же с осторожностью – появление в Канне Михалкова (вдруг они с Тарантино решат поддержать парижских профбоссов?) занятно по двум обстоятельствам. Во-первых, наш самый титулованный режиссер, о мстительности которого сложены легенды, научился с легкостью относиться к случайным поражениям. Десять лет назад его «Утомленные солнцем», взяв в Канне второй по значению приз, уступили «Криминальному чтиву» этого самого Тарантино. И тогда Михалкову проигрыш очень не понравился. Если сейчас он спокойно (ну уговорили!) возглавляет «малое» каннское жюри, при том что во главе «большого» – бывший враг Тарантино, и собирается вдобавок показать тарантиновское «Убить Билла-2» (таковы слухи) в июне на открытии Московского кинофестиваля, и даже будто бы зовет старину Квена в гости, то можно сказать, что наш киноцарь демонстрирует потрясающие способности к терпимости.

Во-вторых, Михалков своим почетным председательством несколько компенсирует отсутствие в конкурсной программе Канна-2004 российских фильмов. Канн игнорирует нас всего первый раз за последние семь лет. Учитывая, что и в эти годы в конкурс Канна отбирали фильмы исключительно наших мэтров (четырежды – Сокурова, а также Германа и обожаемого Францией, фактически своего там Лунгина), то можно сделать печальный вывод: надежды на новую моду на русское кино, возобладавшие в отечественных умах после недавнего триумфа «Возвращения», пока преждевременны.

Хотя в Канне покажут – и то вне конкурса – лишь два с половиной наших фильма: давний «Коктебель», «Шизу», снятую казахским режиссером Гульшад Омаровой (фильм наполовину наш уже потому, что она была соавтором сценария «Сестер» Сергея Бодрова-мл.), а также документальную ленту «Я умер в детстве» о классике Сергее Параджанове, сделанную его племянником Георгием Параджановым, в ближайшую субботу в Канне обещан русский вечер. Для завязки: пресс-конференция ряда ведущих персон российского кинобизнеса (начиная с того же Михалкова и главы киноведомства Александра Голутвы). Для развязки: обед, переходящий в ночной загул, именуемый на цивилизованном языке after-party. Поглядим, что из этого выйдет.

Среди главных фаворитов фестиваля в этом году классик из Гонконга Вонг Кар-вай (футуристический фильм «2046»), скандальный американский документалист Майкл Мур (автор «Боулинга для Коломбины»), снявший на сей раз антибушевский фильм «Фаренгейт 9/11», модный бразилец Уолтер Саллес с лентой о молодом Че Геваре «Дневник мотоциклиста», а также ряд других мэтров (братья Коэны, Эмир Кустурица и др.). Но поскольку Канн обожает открывать новые имена и формировать «кинематограф будущего», то победить может и некто никому пока не знакомый.