Главная / Москва / 14 Апреля 2004 г.

Метро как учебник архитектуры

Московская подземка оказалась последним оплотом сталинского стиля

СЕРГЕЙ СОЛОВЬЕВ

В главном здании Музея архитектуры открылась выставка, приуроченная к 100-летию Алексея Душкина, строителя самых эффектных станций московского метрополитена. Открытие выставки работ одного из главных сталинских архитекторов стало поводом для грустного разговора. Музейщики и градостроители считают, что в Москве идет планомерная работа по уничтожению шедевров советской эпохи.

Архитектурный шедевр сталинской эпохи.
Архитектурный шедевр сталинской эпохи.
shadow
По признанию директора Музея архитектуры Давида Саркисяна, после окончания работы над экспозицией Алексея Душкина его охватил почти мистический трепет. Есть в этой архитектуре что-то неуловимо странное, не поддающееся описанию и формулам. Примерно такой же мистический трепет охватывает любого, кто стоит у бронзовой собаки на станции метро «Площадь Революции», которую спроектировал Алексей Душкин. Есть даже поверье: если подержать эту пограничную собаку за нос, исполнится любое желание (студенты много лет проделывают подобный ритуал перед сессией).

Если бы уроженец Харькова, любитель лошадей и охоты, Алексей Николаевич Душкин не построил ничего, кроме трех станций метро – «Кропоткинской», «Маяковской» и «Площади Революции», он бы в любом случае назывался классиком архитектуры, вошел бы во все учебники и получил бы все мыслимые награды. Именно эти станции еще сохранили налет русского авангарда и революционной романтики. Подсвеченные колонны «Кропоткинской» отсылают прямо к театральным экспериментам и декорациям немецких художников начала ХХ века. Мозаики Дейнеки на «Маяковской» лучше всякой галереи рассказывают о своеобразии раннего сталинского стиля. Наконец, «Площадь Революции» – апофеоз соцреализма и имперского барокко с матовой бронзой и благородным красным мрамором. Кстати, на выставке показано, как по воле Душкина и ленинградского скульптора Матизена «Площадь Революции» превратилась в собрание разных советских типажей (девушка с курицей, юноша с книгой, матрос с наганом и летчик в модном для 30-х годов шлеме). Первоначально задумывалось, что арки будут украшать революционеры разных стран и времен (от Французской Коммуны до Октябрьской социалистической). Но постепенно революционеров заменили мирные персонажи. Когда Сталин пришел на эту станцию, он, по воспоминаниям Душкина, быстро оббегал каждую из скульптур, восклицая с сильным грузинским акцентом: «Как живая! Как живая!»

Время сталинского новостроя задало такие темпы роста, что без людей-титанов, готовых поднять глыбы проектов, никак нельзя было обойтись. Генплан 30-х превратил Москву в Ноев ковчег, всплывший на зависть тонущему капиталу: под землей возводили «дворцы для пролетариата» (метро), над землей вздымались шпили для небожителей (высотки). Душкин был из плеяды неустанных творцов: он вышел из шинели Дворца съездов, за право возведения которого боролись славнейшие сталинские умы градостроительства. К ожерелью московских высоток он прибавил свой небоскреб – здание у Красных ворот. Наконец, «Детский мир» на Лубянской площади, уравновесивший страшное здание НКВД. Экспозиция в Музее архитектуры вполне отвечает душкинскому размаху: каждый из представленных проектов – монументальная картина, которую не стыдно повесить в роскошной гостиной. Дорогого стоят эскизы Корина к витражам для станции «Новослободская». Короче говоря, выставка богатая во всех отношениях (специально для нее даже открыли роскошный зал с росписями на потолке и пейзажами самого юбиляра).

Вместе с тем открытие экспозиции сталинского метростроителя заставило еще раз вспомнить о больной московской проблеме. На поверку оказалось, что советская роскошь, ради которой в столицу едут иностранцы, прельщенные открытками, уничтожается точно так же, как уничтожались в советские годы церкви, а в перестроечное и нынешнее время – старые особняки. Музей архитектуры уже проводил акции против сноса гостиницы «Москва» (он даже создал виртуальный музей этого шедевра). С высотками, конечно, так просто не распрощаешься, но испорченный декор и измененный стиль – это вполне реальные перспективы сталинской архитектуры.

На «круглом столе», который собрался в залах с проектами Душкина, говорили уже о втором этапе новомосковской перестройки. Метро – едва ли не последний оплот единства пространства и архитектуры, куда не вклиниваются офисы и новоделы. Чтобы как-то остановить реставрационную экспансию (а попросту снос, выдаваемый за реконструкцию), участники «круглого стола» написали открытое письмо президенту и всем властным структурам. В письме осталась непрописанной одна важная идея, о которой вчера говорил чуть ли не каждый: превратить всю Москву в памятник федерального значения и не давать на откуп московским чиновникам произведения национального значения.


Опубликовано в номере «НИ» от 14 апреля 2004 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: