Главная / Газета 27 Февраля 2004 г. 00:00 / Культура

В языкознании давно познавший толк

Минтимер Шаймиев входит в образ «президента всех татар»

АЛЕКСАНДР ПЕРОВСКИЙ

В средствах массовой информации Татарстана то и дело заходит речь о притеснениях татарского языка в соседней Башкирии. Между тем в самой Башкирии пишут о том, что татарских школ, печатных изданий стало гораздо больше, чем в советское время, появились театры, чего раньше вообще не было. Ставшее расхожим выражение, что «татарину плохо живется в Башкирии», на всю катушку использованное в ходе предвыборной кампании, не сходит со страниц татарстанских печатных изданий и поныне.

М. Шаймиев (справа) и Р. Сафин: дружба или расчет?
М. Шаймиев (справа) и Р. Сафин: дружба или расчет?
shadow
Остается впечатление, что это происходит не только под воздействием радикальных общественных организаций, как Исполком конгресса татар в Казани, но и не без участия некоторых влиятельных советников М.Ш.Шаймиева. Выступление президента Татарстана на инаугурации М.Г.Рахимова подтвердило это и оставило у всех присутствующих весьма двойственное впечатление. Особенно примечательна претензия М.Ш.Шаймиева по языковым вопросам не только к ближайшему соседу, но и ко всему российскому законодательству. Он сказал буквально следующее: «Порой федеральные законы продолжают нарушать Конституцию страны, что тоже в дальнейшем недопустимо. Приведу пример. Поправки к закону «О языках народов Российской Федерации», которые грубо нарушают право народа на развитие языка и вмешиваются в сферу исключительных полномочий республик. Мы готовы учесть конструктивные предложения, но не согласимся с попытками лишать нас права выбора путей развития родного языка. Это одно из фундаментальных прав, закрепленных многими международными документами».

О чем, собственно, идет речь? 11 декабря 2002 года была принята поправка, где говорится: «В Российской Федерации алфавиты государственного языка Российской Федерации и государственных языков республик строятся на графической основе кириллицы. Иные графические основы алфавитов государственного языка Российской Федерации и государственных языков республик могут устанавливаться федеральными законами». Данная поправка остановила весьма сомнительную попытку Татарстана перевести татарскую письменность с кириллицы на латиницу под тем предлогом, что она перспективнее с точки зрения компьютеризации. Многие специалисты убеждены, что данная поправка спасла татарский народ, особенно ту ее часть, которая живет вне Татарстана, от полного отрыва от собственно татарской литературы, культуры и языка. Если президент Татарстана столь смело критикует общероссийское законодательство, то еще смелее и настойчивее он диктует соседней республике на том основании, что около трети населения Башкирии – татары.

Пожалуй, во всей России едва ли найдется другой пример, когда глава одной республики столь прямолинейно поучал бы своего коллегу, руководителя другой республики, по вопросу, который не входит в его компетенцию и никак не тянет на самый острый и неотложный. По отзывам работников образования в Башкирии, вопрос о преподавании татарского языка обстоит не хуже и не лучше, чем в самом Татарстане. И достижения, и проблемы одни и те же. Более того, ученые-филологи, сведущие в языковой ситуации в обеих республиках, считают, что практическое использование татарского языка в Татарстане, несмотря на беспрецедентные государственные меры, хуже, чем в Башкирии, так как более продвинутое, активное население в Татарии больше подвержено русификации, особенно молодежь. Поэтому остается думать, что нагнетание вопроса о языке не у себя дома, а у ближайшего соседа имеет какую-то иную подоплеку.

Между прочим, эту непростую политическую подоплеку действий лидера и элиты Татарстана почувствовали и в Москве. Возникновение года два тому назад общества «Ватаным» под руководством академика, близкого к Кремлю знаменитого кардиохирурга Р.С.Акчурина, по-видимому, является попыткой создать некий интеллектуальный центр, призванный противостоять достаточно опасному в масштабе России национально-патриотическому радикализму Казани, пытающемуся пересмотреть всю историю России с точки зрения татароцентризма и переоценки всей средневековой истории страны, особенно взаимоотношений Руси с Золотой Ордой и факта завоевания Казани. Увенчается ли успехом попытка общества «Ватаным» повернуть симпатии татар России от Казанского Кремля к Московскому, покажет будущее. Но те же лица, которые пытаются поучать всех и вся в языковых делах, время от времени нередко обрушиваются оскорбительными статьями и на самого профессора, и на издаваемую обществом «Ватаным» газету «Татарский мир», призывающую не политизировать историю, а заниматься более фундаментальной просветительской деятельностью.

Злые языки утверждают, что М.Ш.Шаймиев намерен четвертый раз выдвигаться на пост президента Татарстана и якобы предвыборную кампанию уже начал с создания в собственном лице образа «Президента всех татар», «Татарбаши», решительного защитника интересов татар России. Всем очевидно, что проблема изучения татарского языка достаточно остро стоит во многих областях, кроме самой Татарии и Башкирии. Но почему же тогда столь опытный политик начал свою кампанию с вмешательства в дела Башкирии? И в этом деле бывалого политика чутье не подводит. Прослыть отцом всех татар, имея оппонента лишь в лице М.Г.Рахимова, видимо, гораздо сподручнее, чем противопоставлять себя всем губернаторам России, так как в стране нет области, где не проживало бы более или менее значительное число татар, с подверженной стремительной ассимиляции молодежью. Более того, посещая Челябинскую область в 2003 году, М.Ш.Шаймиев высказался даже в том смысле, что татарам здесь живется гораздо вольготнее, чем в соседней Башкирии. Что он при этом имел в виду, так и осталось загадкой. Разве там больше татарских школ?

Многие обращения М.Ш.Шаймиева, нацеленные к соседней республике, удивляют своей жесткостью. Так можно наставлять руководителей собственного района или города. Но подобный тон по отношению к коллеге из соседней области вряд ли можно обнаружить у другого губернатора: «Я считаю, если мы не хотим сталкиваться с этой ситуацией, Башкортостан, само башкортостанское общество в данном случае должно быть более открыто. Сейчас прослеживается общая свобода средств массовой информации к критике власти, я думаю, следует сделать выводы из этого. Потому что по Российской Федерации выборы проводить и так непросто, простыми они никогда не будут, заранее накапливать проблемы, которые выплеснулись бы в период выборов, я думаю, ни к чему. Этих проблем и так хватает и будет хватать во все времена и без этого. Как я уже сказал, надо сделать соответствующие выводы». И все это говорилось под предлогом, что «проблемы татарского языка» в Башкирии нужно решать и надо «дать возможность людям говорить на родном языке», как будто у соседей запрещают и не дают общаться на родном языке.

Готовя эту статью, я поинтересовался, много ли живет башкир в Татарстане и есть ли для них там школы? В Татарстане ответили, что их немного – около 20 тыс., и они детей на своем языке обучать не хотят, поэтому ни одной школы нет. На этот же вопрос в Башкирии ответили, что до революции в одном Мензелинском уезде было около 200 тыс. башкир, но они все ныне ассимилированы. А для тех башкир, которые туда переселились в советское время, ни одной школы не открывают. Кто говорит правду, установить сейчас затруднительно.

Сведущие люди утверждают, что вопрос о статусе татарского языка столь гипертрофированную форму обрел далеко не случайно и является частью большой, далеко идущей политической игры, рассчитанной именно на предстоящие президентские выборы в самом Татарстане. Иначе трудно было бы оправдать рискованную смелость М.Ш.Шаймиева, открыто заявившего в ходе выборной кампании о том, что «поддерживает того кандидата, который намерен способствовать повышению статуса татарского языка в республике, вплоть до придания ему государственного». Обещания по этому поводу раздавали два претендента – Р.Сафин (по его собственному признанию, он и башкир, и татарин одновременно) и особенно щедро, как ни странно, славянин С.Веремеенко. Примечательно и то, что Р.Сафин с дочерью Алсу значительную часть своей кампании вел с территории Татарстана. Вряд ли это было возможно без ведома и санкции президента Татарстана.

Между тем самое забавное заключается в том, что в серии статей «Кто ты, татарин?», опубликованной весной 2002 года в газете «Звезда Поволжья», ближайший советник-идеолог президента Татарстана по национальному вопросу Рафаэль Хакимов с предельной откровенностью писал о том, что башкиры – часть татарского народа, а их язык и республика – порождение большевиков. А в ноябрьском номере официального журнала «Татарстан» за 2003 год Р.Хакимов совершенно однозначно утверждает, что «башкирский – лишь диалект татарского, а не самостоятельный язык». Если это так, то почему М.Ш.Шаймиев требует объявить в Башкортостане татарский язык государственным наряду с его «диалектом – башкирским», который уже является государственным? Где логика и в чем подоплека? Не совсем ясно, то ли советники обрели слишком большое влияние на М.Ш.Шаймиева и впутывают его в сомнительные дискуссии, то ли они в поте лица выполняют политический заказ самого президента и второпях не всегда последовательны в своих мыслях?

Тем более что и татары, и башкиры в один голос утверждают: их языки настолько близки, что не нуждаются в переводе. Много говорилось и писалось о том, что за выдвижением Р.Сафина кандидатом в президенты Башкортостана вырисовывается фигура М.Ш.Шаймиева с какими-то далеко идущими планами. Если предположение о планах М.Ш.Шаймиева о четвертом сроке небеспочвенно, то не созрели ли в его голове еще более амбициозные планы? Например, не остаться в стороне от предстоящего увлекательного процесса укрупнения субъектов Российской Федерации. Ведь в России конца ХХ и начала XXI веков возможны самые фантастические дела. Кто мог предположить, что Казахстан с наполовину русским населением станет независимым государством, а малюсенькая Чечня будет десять лет воевать с циклопической Россией? Не желает ли и М.Ш.Шаймиев воспользоваться удобным моментом и «укрупнить» Татарстан за счет соседней республики, подбросив центру идею столетней давности об Идель-Уральском штате? Тогда пригодится и тот факт, что татарский язык является государственным не только в Татарии, но и в Башкирии, и это будет еще одним аргументом в пользу такого «объединения». Не случайно же 2 декабря прошлого года в своем интервью газете «Южный Урал» М.Ш.Шаймиев заявил: «Если есть желание населения самих субъектов объединяться, тогда это оправдано». Не означает ли вся эта попытка обострения «татарского вопроса» в Башкортостане начало стимулирования таких настроений среди татар Башкортостана? Тогда становится понятной и попытка образования такого одиозного формирования, как «Татарский национальный фронт» летом прошлого года, который со своими абсурдными призывами прорвался, как ни странно, даже на Центральное телевидение страны.

Такой план мог бы показаться и реальным. В Башкирии татар не намного меньше, чем в самом Татарстане, – более одного миллиона. Если языки татар и башкир очень близки, то два миллиона тюркского населения Башкирии плюс полтора миллиона татар в Татарстане в пределах укрупненного субъекта Федерации с чрезвычайно мощной экономикой составят такую силу в самом центре России, что ее геополитическое положение окажется трудно предсказуемым.

При тесном общении с татарской и башкирской интеллигенцией иногда всплывают очень любопытные мелочи. В одном из своих выступлений в Башкирии М.Ш.Шаймиев признался, что его предки принадлежат к сословию тептяр (что-то промежуточное между татарами и башкирами). В Татарстане есть люди, не очень дружелюбно относящиеся к своему президенту и считающие его не татарином, а башкиром. Также и ряд историков из Башкирии говорят о неких исторических документах, свидетельствующих о том же. Однако и это обстоятельство при желании можно было бы обратить в пользу «укрупненной» республики с президентом, который является общим сыном и отцом обоих народов. Получается, Минтимер Шарипович не только «Татарбаши», а нечто еще больше.

Между тем в стране разговор об укрупнении субъектов идет. Складывается впечатление, что намерения центра в этом вопросе настолько серьезны, что наиболее авторитетные губернаторы и президенты приступили к практическим делам. После губернаторских выборов и многоопытный Э.Россель заявил, что не отказался бы от объединения Свердловской области с Челябинской и Курганской областями, и это помогло бы более успешно решать нынешние проблемы всех трех областей. Пермская область – в самом центре России – уже превратилась в край, присоединив Коми-Пермяцкий автономный округ. Похоже, региональные тяжеловесы не дремлют.

Не будет ничего неожиданного и в том, если М.Рахимов ненароком заявит, что не против объединения Башкирии и Оренбургской области с центром в г.Уфе. Тем более что в одном из проектов укрупнения субъектов Федерации такая идея уже заложена. Обширная территория Башкирии с юга окаймлена Оренбургской областью, и при их объединении мог бы возникнуть Башкирский край с выходом на внешние государственные границы России. В таком случае М.Ш.Шаймиеву пришлось бы обратить взоры на Самарскую и Ульяновскую области. А может быть, он не отказался бы и от Чувашии, Марий Эл и Мордовии? Тоже кругленький штат мог бы получиться! Только вот сколько же в этом штате будет государственных языков: русский, татарский, чувашский, мордовский (эрзя и мокша), марийский (горный и луговой)? Многовато. Но Минтимер Шарипович со своим советником Р.Хакимовым вряд ли растеряются. Ведь они лучше, чем кто-либо, знают, как решать эти вопросы не только у себя в Татарстане, но и у ближайших соседей. Правда, рупор и глашатай укрупнения субъектов Федерации и противник национальных республик В.Жириновский будет возмущен, что его идею извратили до неузнаваемости. Но он быстро сообразит и свою выгоду, ведь ему и на следующих выборах нужно будет кого-то клеймить, чтобы снова попасть в Думу.


Опубликовано в номере «НИ» от 27 февраля 2004 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: