Главная / Газета 22 Января 2004 г. 00:00 / Культура

Андрей Уваров

«Я изменил свое отношение к парижанам»

Надежда ПОЛЮБИНА

Гастроли Большого театра, триумфально проходящие на сцене Гранд опера, продлятся до 24 января. Парижане уже увидели балет «Лебединое озеро» Юрия Григоровича и «Дочь фараона» Пьера Лакотта. Зрителям еще предстоит познакомиться с балетом «Светлый ручей» Алексея Ратманского. О своих впечатлениях от гастролей «Новым Известиям» рассказывает главный Принц Большого театра Андрей Уваров.

В Париже Андрей Уваров танцевал за троих: за Николая Цискаридзе, за Сергея Филина и за себя.
В Париже Андрей Уваров танцевал за троих: за Николая Цискаридзе, за Сергея Филина и за себя.
shadow
– Насколько успешны на ваш взгляд гастроли Большого балета в Париже?

– Гастроли оказались не из легких – в театре случилась эпидемия гриппа. Из-за травмы и болезни не смогли выступить двое из трех ведущих танцовщиков (Николай Цискаридзе и Сергей Филин. – Прим. ред.). Накануне отъезда я тоже заболел, но понимал, что должен поддержать театр, иначе спектакли «Лебединое озеро», которыми открывались гастроли, оказались бы под угрозой срыва. К счастью, все спектакли состоялись. Реакция зрителей была удивительной, особенно после первого выступления. Я никогда не предполагал, что французы могут быть такими эмоциональными. Все эти крики в зале, овации больше характерны для Японии. После того, что я увидел, у меня изменилось представление о парижанах.

– Как вас встречали администрация и артисты Гранд-опера?

– Я рад, что воссоединение главных театров Франции и России наконец-то произошло. Рад и тому, что интерес французской публики к русскому балету заметно вырос. Нас тепло встретили, директор Гранд-опера Юг Галль устроил в нашу честь прием, прозвучало много восторженных слов в адрес всего коллектива, были созданы хорошие условия для работы.

– Для вас это первое выступление в Париже?

– Первый раз на парижскую сцену я вышел 13 лет назад – был тогда в кордебалете и участвовал в спектакле «Иван Грозный». Кстати, накануне наших гастролей этот балет Юрия Григоровича вновь вернулся в Париж – его премьера прошла на сцене Опера Бастилль. Для меня это не простое совпадение – в этом я вижу определенную связь времен. Может быть, русская история для Парижа и экзотика, но мысли, заложенные в этом балете, звучат современно.

– Теперь вы вернулись во Францию уже в качестве балетного премьера...

– Дело даже не в новом статусе, а скорее в определенных качественных изменениях, которые произошли во мне за эти годы. Выступая сегодня, я хочу выразить свое отношение к жизни, ее проблемам, к классическому танцу. Джордж Баланчин говорил: то, что было понятно зрителю вчера, сегодня уже непонятно. Современная хореография, которая рождена сегодня, более понятна зрителю, чем та, что была создана сто лет назад. Поэтому нужно стремиться к тому, чтобы классические движения стали доступнее для понимания, но при этом нельзя погубить романтический ореол классического танца, его поэтичность. Совместить и то, и другое непросто. Но интерес к балету «Лебединое озеро» в Париже доказал, что позиции классики все еще сильны.

– Ваш дуэт с новой примой Большого театра Светланой Захаровой сложился недавно. Это ваше с ней второе выступление?

– Если быть точным, то третье. Мы начали танцевать вместе недавно – в декабре состоялся наш дебют в «Лебедином озере» на сцене Большого театра. Была еще одна работа в телевизионном проекте «Новый год с Татьяной Шмыгой», где мы исполнили вальс на музыку Иоганна Штрауса «Парижская весна».

– Вы со Светланой представляете две различные школы – московскую и петербуржскую. Как вам удалось прийти к согласию?

– Слух о различиях между школами сильно преувеличен. Конечно, отличия в понимании каких-то отдельных движений есть, но это скорее нюансы одного целого, хотя спор в процессе любого творчества неизбежен. Важно, на что он направлен, к чему приводит – к отчуждению или объединяет. Светлана Захарова на редкость контактный человек. Она готова бесконечно репетировать, совершенствовать, что-то менять. Мы стремились к тому, чтобы в процессе репетиций между нашими героями возникли отношения, эмоции, которые были бы интересны зрителям. Совместная работа нас действительно увлекла.

– Важно ли для вас мнение зрителей? Говорят, если идти на поводу у зрителей, очень быстро потеряешься как личность.

– К мнению людей, для которых танцуешь, прислушиваться, конечно, надо. Но иногда зрители видят только то, что лежит на поверхности. Главное для артиста – быть убедительным на сцене, отстаивать свои взгляды и трезво оценивать возможности. Мне, наверное, повезло в этом отношении – по гороскопу я «Весы», поэтому каждое принимаемое решение тщательно взвешиваю (смеется).

– А что необычного произошло с вами на этих гастролях?

– Наверное, только в этой поездке я наконец почувствовал себя по-настоящему большим человеком (улыбается). Дело в том, что меня поселили в мансарде под самой крышей, но потолок был настолько низкий, что я доставал до него головой. Но зато из окна я смог полюбоваться небом Парижа!

– То есть ваш рост превзошел европейский стандарт. А каким сегодня, по-вашему, должен быть танцовщик?

– Современный танцовщик должен быть прежде всего интеллигентом. Сегодня в мире преодолены все мыслимые степени виртуозности, и зритель ищет в танцовщике мыслителя, философа. Наверно, этим объясняется повышенный интерес к русским исполнительским традициям, к «школе переживания». Когда я готовил роль Ханана из балета «Лея» Алексея Ратманского, узнал о «формуле пафоса», которая помогла мне найти особое состояние, когда каждый сценический момент предельно наполнен. Поиск в актерской профессии приводит к новому зрению, но нужно, чтобы из нового зрения возникло и новое понимание.

– Раз речь зашла о современных постановках, чем вас привлекает хореография Алексея Ратманского, которую вы танцуете?

– Своей музыкальностью, смысловой наполненностью. Ратманский великолепный стилист, он знает секреты и тонкой иронии, и напряженного драматического конфликта. Он владеет малой формой и, главное, умеет соединить свое пластическое решение с возможностями танцовщика, чтобы добиться особой выразительности. Меня искренне обрадовало известие о том, что в ближайшее время балет «Лея» войдет в репертуар Большого театра. Я надеюсь принять участие в премьере. Кроме того, в феврале–марте вместе с театром Алексея Фадеечева, который будет представлять в том числе и балеты Ратманского, мне предстоит совершить гастрольное турне по Японии и Англии. Думаю, что с приходом в Большой театр Ратманского, который назначен художественным руководителем балета, интересной работы хватит всем.



Справка «НИ»

Андрей УВАРОВ родился в 1971 году в Москве. В десять лет поступил в Московское хореографическое училище, которое окончил по классу Александра Бондаренко в 1989 году. В год окончания МАХУ был принят в балетную труппу Большого театра. Одновременно продолжал свое образование в Московском государственном хореографическом институте, который окончил в 1995 году. За время работы в Большом театре Андрей станцевал 17 партий. С большим успехом он выступает за рубежом (гастроли в 22 странах), принимает участие в российских и международных балетных фестивалях. Он лауреат приза «Бенуа де ля Данс» (1993 г.), присуждаемого Международной Ассоциацией деятелей хореографии, обладатель Золотой медали на VII Международном конкурсе артистов балета в г. Осака, Япония (1995 г.). Звание Заслуженный артист Российской Федерации получил в 1997 г. А в 2001 году Андрею Уварову было присуждено звание Народного артиста РФ.

Опубликовано в номере «НИ» от 22 января 2004 г.


Актуально


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: