Главная / Газета 17 Декабря 2003 г. 00:00 / Культура

Дмитрий Пучков

«Иногда над Голливудом грешно не посмеяться»

Александр ЛУКЬЯНОВ, Санкт-Петербург
shadow
– Что подтолкнуло вас заняться переводами фильмов?

– Все началось в 1995 году. Я тогда служил в ГУВД и для коллег рискнул перевести один фильм. Основная цель была правильно отобразить все то, что говорят актеры. У нас ведь как профессионалы работают: дикция плохая, переводят только то, что услышат, говорят не строго по тексту, а передают лишь общий смысл. В итоге получается не перевод, а пересказ. Могу привести пример. Недавно смотрел картину «Мертвец» с Джонни Деппом. Переводчик говорит: «Три медведя – папа, мама и маленький медвежонок – положили каши и пошли гулять. Пришла девочка, все съела. Вернулись три медведя, и папа медведь оторвал девочке голову, а затем приготовил ее на сладкое». На самом же деле актер говорит, что сначала папа медведь снял с нее скальп, потом оторвал голову, а из ее волос связал медвежонку свитер. На мой взгляд, подобные ошибки несколько меняют смысл эпизода. И такие моменты у нас проскальзывают сплошь и рядом.

– Не цените вы работу наших мастеров перевода...

– Да нет же. К Михалеву, Володарскому и иже с ними я отношусь нормально, я ведь у них и учился ремеслу. Но когда ошибаются мастера, выглядит это комично. Сами-то они меня за человека не держат. Где-то читал, как один наш уважаемый переводчик меня чуть ли не мурлом из подворотни назвал. Откуда пропасть лицемерия?

– Может, это из-за того, что вы слишком часто матом ругаетесь?

– Ничего подобного. Как актеры произносят, так и перевожу. Не моя вина, что Квентин Тарантино снял «Криминальное чтиво», в котором герои матерятся на каждом шагу. Вообще-то меня очень удивляет столь нездоровый интерес к брани в кино. Неужели в России существует такая большая пропасть лицемерия: на кухне все лаются, как сапожники, а когда в кино что-нибудь нецензурное услышат – сразу возмущаться начинают. В Америке эта проблема давным-давно решена наложением возрастного ограничения.

– И все-таки, может, не стоило называть картину Гая Ричи «Большой куш» матерным словом?

– В русском языке нет конкретного перевода выражения «snatch», коим называется фильм. В буквальном смысле оно означает: что-то очень быстро выхватить, хапнуть, украсть. Сами понимаете, как это в России называется.

– С так называемым нормальным переводом все понятно. Борец вы до мозга костей. А откуда такое стремление над Голливудом издеваться?

– Как и многие киноманы, я все время сижу в Интернете, общаюсь с себе подобными. Конечно, мы все время шутим над героями американских боевиков. В результате подобного общения и родилась идея сделать какой-нибудь прикольный перевод фильма по книге Толкина. Шутки придумывались всем миром, я создал основную концепцию, а мой друг детства Евгений по прозвищу Сидор Лютый написал что-то вроде сценария.

– Почему именно «Властелина колец» выбрали для первого опыта?

– Главное, чтобы фильм был эпическим полотном. Обычно в таких картинах герои произносят всякую чепуху с очень серьезным выражением лица. Выглядит это забавно и становится хорошим поводом для шуток. А «Властелин колец» в тот момент, когда я его переводил, был самым актуальным фильмом.

– Не любите американское кино?

– Почему? Очень хорошо к нему отношусь. В Голливуде работают прекрасные режиссеры, талантливые актеры, они снимают лучшее в мире кино. Лично я обожаю боевики типа «Схватки». Но снимают в США и такие ленты, над которыми грешно не посмеяться.

– Какие еще фильмы собираетесь переделать на шуточный лад?

– Естественно, надо закончить «Властелина колец». Сейчас с нетерпением жду российской премьеры. Затем буду продолжать прикалываться над «Матрицей». Вторая часть должна получиться веселой, там ведь будет встреча героев с главврачом.

– Вас постоянно подозревают в злостном «пиратстве». Неужели вы действительно ни копейки не получаете от своих переводов?

– Я бывший служитель закона и отлично представляю, что можно в России делать, а что нет. Создавать самостоятельный перевод фильмов не запрещено, а наживаться на чужих проектах нельзя. Если я буду брать деньги, то могу влипнуть в неприятную историю. Поэтому я этим не занимаюсь. Все вопросы нужно адресовать к тем, кто на каждом углу в Москве и Петербурге торгует кассетами и дисками с моими переводами.

– Они неплохо зарабатывают на вас. Неужели не обидно?

– А что переживать. Переводами я занимаюсь для своего удовольствия. «Пираты» же несут их в массы и таким образом постоянно меня рекламируют. Это довольно выгодно.



Справка «НИ»

Дмитрий Пучков родился 2 августа 1961 года в Кировограде. Его отец был полковником Советской армии. В восьмилетнем возрасте вместе с родителями Дмитрий переехал в Петербург. Высшего образования нет. Закончил двухлетние курсы милиции и с 1991 года служил в ГУВД Петербурга. В 1998 году по семейным обстоятельствам уволился из органов, занялся коммерцией. Когда бизнес наладился, пытался вернуться обратно в органы – не взяли. В последние годы сотрудничает с компанией, занимающейся производством компьютерных игр. Перевел четыре игры, которые в общей сложности разошлись тиражом в 500 тысяч экземпляров. Женат, имеет взрослого сына.

Опубликовано в номере «НИ» от 17 декабря 2003 г.


Актуально


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: