Главная / Газета 2 Октября 2003 г. 00:00 / Культура

Донатас Банионис

«Гамлет–личность, а не пацан»

Наталья СМИРНОВА, Вильнюс

Недавно Донатас Банионис купил дом в центре Вильнюса и переехал туда жить из родного провинциального Паневежиса. О том, как складывается его жизнь в Литве, легендарный актер рассказал «Новым Известиям».

shadow
–У вас сейчас много работы?

– Готовлюсь к съемкам в «Бегущей по волнам». В нашем литовском народном театре я занят в cпектакле «Встреча» – играю Баха. С этой поcтановкой мы были в Петербурге, два раза в Москве и даже в Тюмени. В этом году меня приглашали и на фестиваль в Сочи, но не смог поехать. Отсюда теперь до Сочи трудно добираться. Самолетов нет, а на поезде, который нечасто ходит, нужно двое суток трястись. Так что пришлось отказаться. Лучше спросите у меня, каким должно быть искусство и как должны строиться, по моему мнению, отношения в театре.

– Будь по-вашему. Вы за диктатуру или демократию в театре?

– За диктатуру, конечно. Сейчас везде демократия. Поэтому получается каша, а не иcкуcство. Мильтиниc, Товcтоногов, Любимов – разве они не диктаторы?! Или это просто твердая рука художника? Нет, в обществе должна быть демократия, а вот в искусстве – диктатура. А то что же получается?! Сейчас любой может приехать в театр, назваться режиссером и, не зная актера, назначить его на роль Гамлета. Меня режиссер Мильтиниc знал с детства и знал, на что я способен. Я иногда сам думал – ничего не получится, а он настаивал, и в итоге получалась отличная роль. А сейчас на лучшую постановку могут взять постороннего человека, который никогда и в театре-то не играл. Для такого «быть или не быть» означает: сегодня у меня есть время, и я тут с вами останусь, а завтра времени нет – я уйду. А ведь это вечный вопрос, вечные ценности, а не попрыгал и ушел. И королевство – не деревня. И Гамлет – личность, а не пацан.

– Но ведь современный театр не стоит на месте. Что-то ведь, наверное, меняется и в лучшую сторону, есть какие-то открытия?

– Сидишь в зале на спектакле и слышишь: ах, как они хорошо сделали дождь. Вот что для современного зрителя открытие. Сейчас дыму на сцену напустят, дождь устроят и думают, что это спектакль. А ведь это только внешние эффекты. Настоящей актерской игры нет. И человека на сцене нет. А возьмите любое телевизионное шоу. Я лично не могу смотреть... Может, нас уже мало таких. Мы, как говорится, из другой эпохи... Тут недавно прочитал, что театр – это почти цирк. Какая радость! Чушь это все! Цирк – это там, где собаки танцуют или еще какие звери. А театр – это духовность. Даже во все времена Софокла и Еврипида знали, что театр – это прежде всего духовность, и там главное – люди. Важно ведь то, что творится в душе, а не внешние эффекты. А теперь в театре покaзывaют Чехова без слов. Чехов без слов! Я видел в 1949 году постановку МХАТа – вот это был Чехов! Там все есть – настоящее настроение, динамика, ритм, есть люди. И без всяких фокусов. А тут показывают «Три сестры» – действие происходит в концлагере, и три сестры лежат на нарах. Зачем это делать? Это выглядит просто примитивно.

– Вы начинали в кино с ролей советских разведчиков, а теперь играете американского cыщика Ниро Вульфа в телесериале.

– Получается, что так. Вообще-то тогда не многие верили, что из меня выйдет разведчик на экране. В кино тоже была своя политика. Какой был раньше образ советского разведчика? Высокий голубоглазый блондин. И мне говорили, ну какой ты разведчик – посмотри на себя. А режиссер Савва Кулиш, поставивший «Мертвый сезон», по-другому видел этот фильм. Один сценарист даже свою фамилию снял. Консультантом фильма был настоящий разведчик Константин Панфилов, о котором и был как бы весь этот сценарий. Он тогда и заступился за меня, сказал: пусть будет Банионис. Так я и стал Ладейниковым.

– А сейчас вас интересует политика?

– Слышал, что Литва предъявляет России претензии по поводу советской оккупации. Есть о чем призадуматься. По-настоящему политикой интересовался раньше, когда был членом партии. У нас в Паневежисе в театре долго не было ни одного партийного. Потом прислали директора – с завода какого-то рабочего, затем оператора прислали партийного, потом вступил в партию один актер... Дошла очередь и до меня. Стали уговаривать: Донатас, ты уже известный актер, а все не член партии. Так и вступил. В 1988 году из партии вышел и с тех пор политикой не интересуюсь.

– Вас часто узнают на улицах?

– Тут недавно я стал участником настоящего анекдота. В Паневежисе, почетным гражданином которого я официально являюсь, в автобусе кондуктор потребовала приобрести билет. Я ей тогда и предъявил это самое удостоверение почетного гражданина, дающее право на бесплатный проезд. Но ее это не остановило. Говорит: я вас не знаю. Сказала, что самозванец, а раз так, то надо доставить в полицию. В полицию, правда, не попал. А вот нервов попортили мне тогда много.

– Неужели и в Москве не узнают?

– В Москве такого никогда не может быть, там меня узнают даже кондукторы. Там меня помнят и любят, до сих пор здороваютcя на улицах и просят автограф. В Литве – нет, не узнают и даже не замечают. Но жить я у вас не могу. Мне в Москве все чужое.





Донатас БАНИОНИС родился 28 апреля 1924 года в Каунасе. О театре мечтал с детства. Хорошо понимая сына и не препятствуя его увлечению, отец все-таки убедил Донатаса сначала овладеть какой-нибудь специальностью. Так Донатас оказался в ремесленном училище. Но одновременно он посещал и драматический кружок. В 1940 году в Каунасе на основе любительского коллектива при литовской Палате труда был создан профессиональный театр, который возглавил Юозас Мильтинис. В 1944 году Банионис окончил студию при Паневежисском театре. Этому театру он отдал 60 лет жизни. Банионис создал более 100 образов в разных спектаклях. В 1980 году Донатас Банионис был назначен главным режиссером театра. В эти же годы он окончил Государственную консерваторию Литовской ССР (1982–1984). Руководил театром вплоть до 1988. В кинематографе Банионис дебютировал в 1959 году в картине «Адам хочет быть человеком». Впоследствии он создал целый ряд образов, по праву числящихся в классике советского киноискусства: «Никто не хотел умирать» (1965), «Берегись автомобиля» (1966), «Маленький принц» (1966), «Операция «Трест» (1967), «Мертвый сезон» (1968), «Солярис» (1972), «Гойя, или тяжкий путь» (1971), «Бетховен – дни жизни» (1976). Всего Банионис сыграл более чем в 50 фильмах. Одной из последних ролей Донатаса Баниониса в кино стала роль Старика в литовско-французской картине «Двор» (1999), представленной во внеконкурсной программе Каннского фестиваля. В начале 2002 года на российский телеэкран вышел сериал про детектива Ниро Вульфа, где он сыграл главную роль. Донатас Банионис – народный артист СССР и Литовской ССР, удостоен одной из высших наград Литвы – ордена Гедиминаса третьей степени, а также российским орденом Дружбы.

Опубликовано в номере «НИ» от 2 октября 2003 г.


Актуально


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: