Главная / Газета 30 Сентября 2003 г. 00:00 / Культура

Старые пьесы о главном

Фестиваль «Новая драма» доказал, что современный театр зашел в тупик

Полина БОГДАНОВА

В воскресенье завершился фестиваль «Новая драма». Он проходил во МХАТе им. А.Чехова и на других сценах Москвы в течение десяти дней. Представители дальнего и ближнего зарубежья всеми силами стремились доказать, что наступила новая театральная эпоха. Однако на деле выходило совсем иначе.

«Пленные духи» братьев Пресняковых стали одной из удач «Новой Драмы».
«Пленные духи» братьев Пресняковых стали одной из удач «Новой Драмы».
shadow
География фестиваля была очень широкой – от Москвы до самых до окраин: Екатеринбург, Тольятти, Кострома, Тамбов. Кроме того, во ворой «Новой драме» приняли участие представители целого ряда зарубежных стран: от Балтии и Грузии, до Македонии, Франции и Америки. А все потому, что организаторы фестиваля хотели представить не только российские тенденции, но европейские и даже мировые. Повсюду фестиваль пытался искать приметы принципиально нового стиля. Провозгласить пришествие следующей эры в развитии театра и драмы. Эти смелые настроения с примесью даже некоторого экстремизма и стали отличительными чертами «Новой драмы».

Международная программа, несмотря на свою представительность, выглядела более чем скромно. Ни о каких открытиях тут говорить не приходится. К примеру, и «Темные олени» латвийского драматурга Инги Абеле, исследующей агрессивное начало в современном человеке, и «Губы Мика Джаггера» польского драматурга Домана Новаковского, размышляющего о смене поколений в обществе, можно назвать любопытными –не более того.

Гораздо интереснее была российская программа, хотя она в основном состояла не из новых спектаклей. Обратили на себя внимание имена драматургов из Тольятти – братьев Дурненковых. Их большая пьеса «Культурный слой» в тольяттинском Центре «Голосова – 20» близка документальной драме, потому что тоже исследует современную реальность, показывая новые типы. Но богаче по смыслу и своеобразнее по языку показалась их маленькая пьеса в постановке Михаила Бычкова (Воронеж). В ней нет скучного жизнеподобия, но есть попытка подняться над реальностью, увидеть небо над головой. Показать,как простые косноязычные люди «из жизни» в поэтическом «переключении» начинают говорить белыми стихами и открывают в себе высоту и красоту души. Этот маленький спектакль – одна из удач фестиваля (работа, кстати, и получила приз за режиссуру).

Как не странно, удачи фестиваля вообще были связаны не с реалистическими и натуралистическими произведениями, а с теми, в которых есть выход за границы жизни, игровой стиль, пародия, юмор,как в «Пленных духах» братьев Пресняковых в постановке Владимира Агеева (Центр режиссуры и драматургии). Не случайно актеры этого спектакля Ольга Лапшина и Артем Смола были награждены призами за лучшие роли.

В фестиваль были включены и спектакли по пьесе Людмилы Петрушевской и Николая Коляды. Это старшее поколение – 70 – 80-х годов – выступило в качестве родоначальников нынешней «новой» натуралистической драмы. Петрушевская и Коляда – представители традиции «чернухи». Впрочем, новая драма 90-х еще «чернее». Если Петрушевская и Коляда писали о неблагополучии определенных слоев советского и постсоветского общества, то нынешняя драматургия спускается на несколько ступенек вниз и открывает перед изумленным взором публики жизнь тюремной зоны и городского криминала. Даже любовь авторов интересует только в криминальном варианте (спектакль «Преступления страсти» «Театра doc.»).

Здесь демонстрируется техника вербатим (в переводе означает «дословно»), основанная на подлинных, документальных фактах и языке, который включает в себя сленг и другую ненормативную лексику. Несмотря на то что вербатим пришел к нам из Англии, он выглядит в большей степени российским явлением, нежели европейским. Потому что у нас он попадает на благодатную почву развала и хаоса. И, кстати сказать, наши образцы значительно превосходят европейские. У нас эти темы звучат острее. Но возникает такое ощущение, что фестиваль демонстрирует не начало новой эпохи, а тупик старой. Доведя до предела те мотивы и методы, которыми пользовались драматурги 70-х, он показывает, что эта тенденция практически исчерпана. Это один из выводов, который напрашивается после фестиваля.

Но это не означает, что среди драматургов-документалистов нет талантливых людей. Напротив, пьесы молодых драматургов обладают сильным эмоциональным воздействием. Но это не произведения «большого» стиля, какими были некогда пьесы Володина и Радзинского, интересные всему обществу. В фестивале принимает участие главным образом третье поколение драматургов и режиссеров, если считать, что первым были шестидесятники. Третье поколение злее и жестче, но масштаб утерян.




Опубликовано в номере «НИ» от 30 сентября 2003 г.


Актуально


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: