Главная / Газета 17 Сентября 2003 г. 00:00 / Культура

Новый «Эдип»

Центр им. Всеволода Мейерхольда скрестил античную трагедию с театром абсурда

Полина БОГДАНОВА

Центр им. Вс. Мейерхольда – это экспериментальная площадка, где всегда ставятся необычные спектакли. «Эдип» режиссера Алексея Левинского не стал исключением. Это яркая и своеобразная работа, которой театр на днях открыл новый сезон.

«Нового» Сафокла играют почти без декорации.
«Нового» Сафокла играют почти без декорации.
shadow
Алексей Левинский (авангардист поколения 70-х) с материалом Софокла и Беккета обращается свободно и легко. Для него нет ничего странного в том, чтобы соотнести античную трагедию и театр абсурда. Он сочиняет спектакль, размышляющий о главных вопросах бытия: смысле человеческой жизни и загадках судьбы. Левинский – театральный интеллектуал и философ, который воспринимает мир трагически. И видит беззащитность и слабость человека перед лицом загадки и тайны рока. Об этом он и ставит «Эдипа».

Актеры играют спектакль в темно-серых комбинезонах и халатах, причем почти без декораций. Действие происходит на большом квадратном помосте, в центре которого расположен колодец (художник Николай Рощин). Мизансцены строятся в соответствии с графикой квадрата – по периметру и по диагоналям. Движения механические. Жанр постановки обозначен режиссером как «спектакль-упражнение». Больших ролей здесь только две: Эдип (Иван Волков) и Иокаста (Вера Воронкова). Остальные составляют некий хор, но не античный, а вполне современный – он в разные моменты постановки создает образы фивян, вестников и пастухов.

История начинается с того, что на Фивы, правителем которых стал Эдип, напал мор. Оракулы говорят, что это – наказание за убийство прежнего правителя Фив Лая. До тех пор пока виновный в этом убийстве не будет наказан, Фивы не избавятся от мора. И вот Эдип начинает расследование. Очень скоро подозрения в убийстве падают на него самого. Но это не смущает царя. Напротив, он все более и более настойчиво продолжает докапываться до тайны. И постепенно разматывается запутанная нить его судьбы. Выясняется, что незнакомый человек, которого Эдип когда-то убил на дороге, был правителем Фив и его отцом. И что, заняв место убитого отца во дворце и в спальне его жены, Эдип совершил инцест. Поняв все это, Эдип выкалывает себе глаза и уходит из города.

Его судьба вызывает сострадание. Иван Волков сыграл роль с большим внутренним чувством, спокойно, без стенаний и слез. Сострадание в этом спектакле вызывает и судьба Иокасты. Она раньше Эдипа понимает весь ужас ситуации. И просит его не продолжать следствие, не узнавать то, что может его убить. Иокаста в финале трагедии вешается. Но этой сцены в спектакле нет, о смерти Иокасты сообщает хор.

Левинский, беря миф об Эдипе, по-своему трактует его содержание. Хор в спектакле не вещает от имени богов. Вместо богов – некий абсурд бытия, во власти которого находится человек. Вот для чего режиссеру нужен Беккет с его абсурдистской драмой. Вот почему в свой спектакль он вставляет эпизод, где некий безымянный персонаж требует от собеседников «узнать это» (неизвестно что). Смысл в том, что персонаж хочет узнать тайну, которая и не может быть раскрыта, ибо она принципиально непостижима. Тайна словно лежит на дне колодца, отверстие которого зияет чернотой посреди сценической площадки.

Театр размышляет и требует такого же размышления от зрителя. Поскольку сюжет мифа всем хорошо известен, интерес сосредоточен не на сюжете и его поворотах, а в его осмыслении, трактовке. Она нова и оригинальна. В этом смысле, спектакль «Эдип» – несомненная удача.




Опубликовано в номере «НИ» от 17 сентября 2003 г.


Актуально


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: