Главная / Газета 4 Сентября 2003 г. 00:00 / Культура

Александр Ширвиндт

«Я очень не люблю сатиру»

Полина БОГДАНОВА
shadow
Сегодня спектаклем «Андрюша», который посвящен памяти Андрея Миронова, открывается новый сезон в Театре Сатиры. О планах и проблемах театра «Новым Известиям» рассказал его художественный руководитель Александр Ширвиндт.

–Сегодня ваш театр оправдывает свое название «Театр Сатиры»?

– Думаю, что нет. Вообще я очень не люблю сатиру. Ирония, юмор, пародия, шутка, розыгрыш – вот это да. Сатира подразумевает злость. Мне кажется, что иронический удар более действенный, чем злобный удар сатиры. Он не дает позитивного результата, а провоцирует агрессию. Ироническое высмеивание больше влияет на негативные явления. Даже анекдот сильнее действует на них, чем сатирическое произведение.

– Вы предпочитаете видеть в театре легкие комедии?

– Не всегда. У нас идет комедия француза Рэя Куни «Слишком женатый таксист». Это действительно легкая комедия. Но я мечтаю об Аркадии Аверченко. Какая прелесть: тонко, изящно. Это литература. Совершенно забытый смех. Ерничество в нашем театре осталось, анекдоты ниже пояса остались. А вот Аверченко забыт. Я в институте поставил дипломный спектакль по Аверченко, отчасти реализовал свою мечту. Даже по тому, как это в институте принималось, как люди смеялись, я понял, что этот автор нам сегодня нужен. Сейчас драматург Сергей Коковкин пишет для нашего театра пьесу по произведениям Аверченко. Еще я мечтаю о «Швейке». Леша Колган, превосходный артист, больше известный как Хрюн, сейчас пишет пьесу на эту тему. И название мы придумали хорошее «Швейк или гимн идиотизму». Сегодня надо не только смешить. Но и смешить тоже надо.

– Обычно в театре смешить умеют французы. В мире принято считать, что русский театр тяжеловесен и серьезен.

– Мы забыли свои истоки – это водевили, фарсы.

– Но это тоже от французов.

– В общем, да. А что касается современных драматургов, то они действительно больше привержены серьезным социальным проблемам. Европейские комедиографы умеют писать чистые комедии положений. У нас говорят об этом: «Легковесно, бездумно. Не стыдно вам ставить такое?» Не стыдно, потому что зритель на два часа имеет право отключиться на что-нибудь милое, изящное, веселое. Пускай даже бездумное. Имеет право.

Крепкий, хорошо скроенный хрестоматийный Островский никому сейчас не нужен. Потому что там нет ни геев, ни лесбиянок, ничего такого.

Театр сатиры – это персонажи знаменитого в прошлом «Кабачка». Многие из участников этого телевизионного советского шоу любимы до сих пор. И зрители идут именно на них. И вдруг – этот злополучный Островский. Тогда они думают «нет, не пойдем». А с другой стороны, здесь раньше ходили и на «Ревизора» и на «Горе от ума». Но было другое время. Да, тогда и вопрос о зрителях совершенно не стоял. В Москве было 17 театров. Никакой конкуренции. Какой зритель пришел, а не сколько – вот что было важно. Сегодня приходится все время смотреть на тысячу двести пятьдесят мест в зале – где набрать столько публики? Театр на пустые залы реагирует совершенно физиологически. Поэтому когда я иногда смотрю на аншлаги в других театрах, мне становится смешно. Там ведь мест-то всего ничего. Страшная задача наполнить зал, а при пустом зале играть нельзя.

– А как обстоят дела с вашей актерской работой? Вы снимаетесь в кино?

– В кино ничего не делаю. Я в театре играю очень много. Двенадцать-тринадцать спектаклей в месяц. Приходится здесь еще что-то придумывать. Мне же 70 лет будет в июле следующего года. Принято такие даты отмечать. 24 октября 2004 года исполнится 80 лет театру. Тоже надо что-то придумать. Хочу сделать юбилейное обозрение. Веселое, смешное. Пародию на юбилей.

...Недавно был сбор труппы. Раньше это называлось «Иудин день». Артисты – такие животные, что они чистят перышки, приезжают худые, с горящими глазами – в надежде. Это день надежды. Я сижу в актерской шкуре и это понимаю. И всегда им надо что-то или пообещать, или наврать... или сказать, как есть. Не знаю, что лучше... Вот у нас чисто. У нас патологически чистоплотный директор. Можно экскурсии водить по всем закромам и сортирам. Вылизано все.

Но есть и проблемы. Мы же – бывший цирк. Фойе нет. Негде хранить декорации, поэтому иногда снимаем спектакли, которые могли бы еще держаться. Ну, вот нам отдали соседний дом еще лет пятнадцать назад. Потом забрали. Сейчас опять отдают. И если получится, то все уедет туда – бухгалтерия, дирекция, цеха. И здесь откроется воздух для артистов, для репетиций. Такие вот светлые прогнозы. Есть не очень светлые. Например, 82 человека в труппе. Выгнать никого нельзя. И взять никого нельзя. Нельзя сказать артисту, что он, не дай бог, постарел или он в плохой форме. Это же Артист…

Справка «НИ»

Александр Ширвиндт родился 19 июля 1934 года в Москве. Окончив в 1952 году школу, поступил в Театральное училище имени Б.В.Щукина. В 1956 году начал карьеру в Театре-студии киноактера. Затем играл в Ленкоме, в Театре на Малой Бронной. С 1967 года – на сцене московского Театра Сатиры. Среди наиболее заметных театральных ролей Александра Ширвиндта Тригорин в «Чайке» А.П.Чехова, Людовик в «Мольере» М.Булгакова, граф Альмавива в «Женитьбе Фигаро». В кино как актер дебютировал в картине «Она вас любит»(1957 г.), а роль в фильме «Приходите завтра» (1963 г.) принесла ему всесоюзную известность. Именно комедийное дарование укрепляло его позиции в отечественном кино («Небесные ласточки», «Трое в лодке, не считая собаки», «Ирония судьбы, или «С легким паром!», «Миллион в брачной корзине», «Бабник»). На своей родной сцене Александр Ширвиндт был и постановщиком (его режиссерским дебютом стал в 1973 году спектакль «Маленькие комедии большого дома»). В 1989 году ему присвоено звание народного артиста РСФСР. С декабря 2000 года он художественный руководитель Театра Сатиры.

Опубликовано в номере «НИ» от 4 сентября 2003 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: