Главная / Газета 6 Декабря 2012 г. 00:00 / Происшествия

«Комбинация реальных мер и показательных»

Дело «Оборонсервиса» не повлияло на восприятие коррупции в стране

МАРГАРИТА АЛЕХИНА

В России – наихудший показатель восприятия коррупции среди стран «большой двадцатки» и БРИК. Соседями нашей страны в рейтинге оказались Иран и Гондурас. К таким выводам пришли эксперты центра антикоррупционных исследований Transparency International, представляя вчера ежегодный доклад о коррупции в мире. Как отмечает руководитель российского отделения центра Елена Панфилова, общественный запрос на борьбу с коррупцией растет, чему, однако, сопротивляются и федеральные, и местные власти.

По уровню коррупции Россия стоит в одном ряду с малоразвитыми странами.
По уровню коррупции Россия стоит в одном ряду с малоразвитыми странами.
shadow
По данным ежегодного доклада Transparency International (TI), индекс восприятия коррупции в России в 2012 году составил 28 баллов (наилучший показатель – 100, наихудший – 0). По этому показателю наша страна заняла 133-е место из 174 возможных: это самый низкий результат среди стран «большой двадцатки». От государств – членов «большой восьмерки» – Россия также существенно отстает: у второй с конца страны G8 Италии 42 балла и 72-е место. Обогнали Россию и все страны – члены БРИК: у Бразилии 69-е место и 43 балла, у Китая 80-е место и 39 баллов, у Индии 94-е место и 36 баллов. Громкий коррупционный скандал в «Оборонсервисе» на позицию России не повлиял: большая часть данных была собрана до него.

Соседями России в сводной таблице стали Коморские острова, Гайана, Гондурас, Иран и Казахстан. Максимальный уровень (90 баллов) – у Финляндии, Новой Зеландии и Дании. Минимальный (8 баллов) – у Афганистана, Северной Кореи и Сомали. По словам Елены Панфиловой, никаких неожиданных перемен свежее исследование не выявило: и лидеры, и аутсайдеры рейтинга в прежние годы занимали примерно те же позиции чуть в ином порядке. Елена Панфилова подчеркнула, что задачей исследования является не оценка реального уровня коррупции, а выявление отношения к нему общества разных стран.

В прошлом году, когда шкала была десятибалльной, индекс России составил 2,4 балла (или 24 в пересчете на нынешнюю шкалу). Таким образом, можно сделать вывод о небольших положительных подвижках в борьбе с коррупцией. «Но мы остались в последней трети рейтинга. У стран, которые туда входят, показатели варьируются от плохих до очень плохих», – комментирует Елена Панфилова. К тому же, по ее словам, сравнивать результаты исследований разных лет некорректно из-за разных критериев подсчета и источников данных. Например, в прошлом году исследованию подверглись 183 страны, а в этом – только 174. В прошлые годы рейтинг оценивал ситуацию последних двух-трех лет, а в 2012-м – только последнего. «Но мы пошли навстречу прессе, которая каждый год пытается отследить динамику, и упростили методику так, что начиная с этого года показатели разных лет можно будет сравнивать», – рассказала глава российского отделения Transparency International. Рейтинг TI теперь базируется на данных 13 региональных организаций. Эксперты приводят цифры к единой стобалльной шкале и считают средние значения.

Изменение методологии изучения коррупции очень своевременно для России, потому что в отношении власти к коррупции наметился новый период, подчеркнула г-жа Панфилова: «Власть зашевелилась. К этому можно относиться как к борьбе кланов, но я думаю, что это комбинация реальных мер и показательных». К декларативным мерам глава российского центра TI отнесла и законодательные поправки о декларировании доходов и расходов, и показательные уголовные дела (в том числе против чиновников «Оборонсервиса»). Ряд законодательных поправок последнего года, по словам г-жи Панфиловой, борьбу с коррупцией даже тормозят: это и закон об «иностранных агентах», благодаря которому региональные эксперты стали меньше доверять международным аналитическим организациям, и закон о клевете, который сделал более опасным положение заявителей о коррупции. Не повлияло на оценку коррупции и создание общественных советов при бюрократических ведомствах. По словам Елены Панфиловой, роль «контролеров» заключается лишь в том, чтобы «сидеть рядом с чиновниками на конференциях».

Реальные же инициативы по общественному контролю и аудиту пока развиваются только на муниципальном или городском уровне. В то же время бороться с коррупцией хочет все большая часть общества: по данным различных соцопросов, россияне называют коррупцию в числе главных проблем России. «Самый простой показатель – количество экспертов, которые хотят участвовать в нашей работе. Оно за последние месяцы выросло раз в десять», – добавила г-жа Панфилова.

Опубликовано в номере «НИ» от 6 декабря 2012 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: