Главная / Газета 6 Декабря 2010 г. 00:00 / Происшествия

«Я молила Бога, чтобы не произошел взрыв!»

Пассажиры Ту-154, потерпевшего катастрофу в аэропорту «Домодедово», раскрыли «НИ» детали трагического полета

ИГОРЬ РОТАРЬ, АЛЕКСЕЙ ОЛЬШАНСКИЙ

Вчера до столицы Дагестана Махачкалы добрался 41 пассажир борта Москва – Махачкала, который, вылетев из московского аэропорта «Внуково» в субботу, совершил аварийную посадку в «Домодедово». 41 человек – это те, кому не потребовалась медпомощь после субботнего ЧП. Вчера же чартерным спецрейсом в Махачкалу доставили тела двух погибших в авиакатастрофе – 50-летнего Гаджимурада Магомедова (брата президента Дагестана) и 80-летней Розы Гаджиевой (матери судьи Конституционного суда РФ). Днем в субботу Ту-154 компании «Авиалинии Дагестана» со 160 пассажирами и девятью членами экипажа аварийно сел в «Домодедово» после поочередного отказа трех двигателей и системы навигации. Помимо двух погибших, около 90 человек пострадали (55 из них понадобилась госпитализация). Эксперт «НИ» по безопасности полетов называет в качестве причин катастрофы отказ техники, неоптимальную работу наземных служб и сложные метеоусловия.

Больше других пострадали те, кто сидел в передней части лайнера.<br>Фото: AP. SERGEY PONOMAREV
Больше других пострадали те, кто сидел в передней части лайнера.
Фото: AP. SERGEY PONOMAREV
shadow
Лайнер вылетел из аэропорта «Внуково» в субботу в 14.06, а спустя 20–25 минут после взлета пилот доложил на землю об отказавших один за другим двигателях, а также генераторе и системе навигации. К этому времени воздушное судно набрало высоту в 9 тыс. метров.

Информация о количестве вышедших из строя двигателей, кстати, разнится. По одним данным, отказали все три. Однако вчера комиссия Межгосударственного авиационного комитета (МАК), которая занимается расследованием катастрофы и уже произвела первичную расшифровку «черных ящиков» аварийно севшего Ту-154, сообщила, ссылаясь на данные параметрического самописца, что два двигателя выключились на высоте около 9 км, а один после периода неустойчивой работы функционировал вплоть до приземления. «На высоте около 9 тысяч метров произошло выключение первого и третьего двигателей, после чего экипаж приступил к снижению для выполнения вынужденной посадки, – говорится в сообщении МАК. – После периода неустойчивой работы работоспособность второго двигателя восстановилась и сохранялась вплоть до приземления самолета».

Как бы то ни было, экипаж принял решение об экстренной посадке в столичном аэропорту «Домодедово», до которого на момент возникновения опасной ситуации было около 80 км. Ту-154 с полными баками горючего спускался около 10 минут, пробиваясь к «Домодедово» визуально, да еще и через низкую облачность. В результате лайнер промахнулся мимо взлетно-посадочной полосы, на огромной скорости пересек ВПП и вскоре врезался в небольшой бугор с другой стороны от нее. Если бы самолет столкнулся с расположенным рядом бетонным забором, последствия наверняка оказались бы куда трагичнее.

Натолкнувшись на холм, Ту-154 остановился и разломился на три части (обломки лайнера еще вчера оставались на месте катастрофы, их уберут лишь через несколько дней). Аварийные трапы не сработали, и пассажиры вынуждены были прыгать на землю с большой высоты (из-за этого некоторые получили переломы ног). В результате аварийной посадки погибли два пассажира лайнера – 50-летний Гаджимурад Магомедов (родной брат главы Дагестана Магомедсалама Магомедова) и 80-летняя Роза Гаджиева – мать судьи Конституционного суда РФ Гадиса Гаджиева. Еще около 90 человек пострадали. 55 из них были доставлены в больницы Москвы, а также городов Домодедово и Видное. 32 потерпевшим была оказана амбулаторная медицинская помощь. «Мы сделали все возможное, чтобы помочь пассажирам пострадавшего самолета, – рассказала корреспонденту «НИ» на месте событий пресс-секретарь «Домодедово» Елена Галанова. – Первичная помощь была оказана прямо в медпункте аэропорта. Здесь же с пережившими шок людьми работали психологи. Все пассажиры злополучного рейса были накормлены, а на ночь мы разместили их в гостинице».

Репортер «НИ» отправился в город Домодедово вслед за пострадавшими. Город был буквально наводнен сотрудниками ГИБДД. «Нас подняли по тревоге из всех населенных пунктов Подмосковья», – поделился с «НИ» боец 12-го спецбатальона ГИБДД Московской области Владислав Афанасьев. Около больницы города Домодедово стояли несколько карет «скорой». В холле приемного отделения было очень оживленно: толпились около десятка сотрудников МЧС, родственники пострадавших. Главврач больницы Виктор Романов встретил неприветливо. «Мне уже надоело отвечать на одни и те же вопросы журналистов. Состояние большинства пострадавших удовлетворительное», – заявил он «НИ». Начальник охраны больницы оказался более словоохотлив: «Когда произошла авария, в больницу немедленно были вызваны все врачи, даже те, кто после смены отдыхал дома».

Корреспондент «НИ» наблюдал за прибытием раненых. Большинство пострадавших вошли в отделение самостоятельно, однако дела троих были действительно плохи: их внесли в отделение на носилках. «Произошедшее ввергло меня в шок. Я дал себе зарок – не летать самолетами», – признался «НИ» начальник охраны больницы.

Все жертвы авиакатастрофы могут рассчитывать на компенсации. Семьи погибших получат по 250 тыс. рублей, а пострадавшие от 30 до 100 тыс. в зависимости от степени полученных увечий, заявил президент Дагестана Магомедсалам Магомедов.

Судить о причинах катастрофы можно будет после расшифровки «черных ящиков», однако независимые расследователи авиационных происшествий уже дают первые оценки того, что могло произойти на борту. «Причин возникновения опасной ситуации было несколько, – признался «НИ» на условиях анонимности один из авторитетных экспертов по безопасности полетов, близкий к расследованию трагедии. – Первая – аномальное срабатывание или, наоборот, несрабатывание в технике. Вероятность того, что летчики под контролем бортинженера забыли включить при наборе высоты насосы подачи топлива (эта версия была озвучена вчера среди прочих. – «НИ»), исключена. Это абсолютная чушь потому, что на Ту-154 в передней кабине сидят четыре человека – командир экипажа, второй пилот, бортинженер и штурман. У бортинженера – перечень всех необходимых действий, на сленге его называют «молитвенником». То есть за включением насосов в кабине следили как минимум три человека». Таким образом, наш собеседник опроверг появившиеся вчера сообщения о том, что основная версия причин катастрофы – ошибка пилотов, или человеческий фактор.

«Второй очень важный фактор – то, со сколькими разрешенными неисправностями взлетал этот экипаж», – отмечает эксперт «НИ». Здесь будет нелишним напомнить, что уже лет пять-шесть назад Росавиация внедрила в российскую гражданскую авиацию западную систему полетов с рядом неисправностей в тех или иных механизмах самолета. Суть в том, что перед полетом технический состав вручает экипажу перечень тех неисправностей, которые есть (их должно быть не больше пяти, и каждый неисправный узел техники должен иметь дублирующий его исправный). Принятие решения о продолжении полета возложено на командира экипажа. «Он расписывается и тем самым рискует оказаться единственным крайним, – рассказывает «НИ» специалист по безопасности полетов. – Если же он откажется, то рискует потерять работу из-за излишней осторожности. Главное для менеджера авиакомпании – деньги».

Третья возможная причина авиакатастрофы связана с тем, что, поскольку навигационная система самолета отказала и сажать лайнер по показаниям приборов летчики не могли, многое зависело от подсказок, которые они получали с земли при заходе на посадку. «А подсказки могли быть неоптимальными», – считает эксперт «НИ». По словам нашего собеседника, летчикам можно поставить в заслугу то, что они исключили сваливание самолета, которое очень часто происходит при остановке двигателей. «Кроме того, и возгорание разломившегося самолета не произошло, похоже, благодаря действиям членов экипажа, – полагает эксперт по безопасности полетов. – Очевидно, они впустили нейтральный газ. Газ этот, баллоны которого находятся на каждом двигателе и около топливных баков, включается или автоматически при вибрациях и разламывании самолета, или летчики впускают его нажатием кнопок».

Гендиректор компании «Авиалинии Дагестана» Мирза Омариев заверил, что совершившим аварийную посадку самолетом управляли опытные пилоты. Командир экипажа, по его словам, налетал 17 тыс. часов, причем 10 тыс. из них – именно на Ту-154, а второй пилот – «не менее трех тысяч часов». Что же касается технического состояния лайнера, то, как утверждает г-н Омариев, перед вылетом он прошел необходимую проверку, и поломок зафиксировано не было. К тому же построенный в 1992 году Ту-154 год назад прошел капитальный ремонт. Отметим, кстати, что именно на этом самолете 17 ноября футболисты сборной Бельгии по футболу прилетели в Воронеж, где обыграли нашу команду.

«Московское межрегиональное следственное управление на транспорте Следственного комитета России возбудило по факту экстренной посадки самолета уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного частью 3 статьи 263 УК РФ «нарушение правил безопасности движения и эксплуатации воздушного транспорта», – сообщил «НИ» официальный представитель Следственного комитета РФ Владимир Маркин. – Следствие проверяет все возможные версии. Пока ни одна из них не выдвигается в качестве приоритетной». Эксперт «НИ» по безопасности полетов отмечает: «главное, чтобы расследование дела с самого начала не направлялось против летчиков, которые якобы нарушили правила эксплуатации самолета».

Уже вчера вечером в офисе компании «Авиалинии Дагестана» в Махачкале проводилась выемка документов. Об этом сообщил и.о. первого заместителя руководителя московского межрегионального следственного управления на транспорте Следственного комитета России Роман Воронин.


ЧТО РАССКАЗАЛИ РЕПОРТЕРУ «НИ» ПАССАЖИРЫ ЗЛОПОЛУЧНОГО РЕЙСА
Лиана МЕДЖИДОВА, москвичка:
– Мы поняли, что происходит что-то неладное, когда буквально через 10 минут после взлета нам объявили, что мы идем на посадку. Когда самолет сел, раздался грохот. Ремни безопасности до боли врезались мне в тело. Я выглянула в окно и не увидела взлетно-посадочной полосы. Было очень страшно. Плакали дети, а многие взрослые находились в состоянии шока. Пережить такое я не пожелаю и врагу. После посадки в самолете очень сильно воняло керосином. Я молила Бога лишь об одном – чтобы не произошел взрыв! Когда все закончилось, нам не была организована даже подача трапа. Мне с двумя детьми пришлось прыгать на обледеневшее крыло самолета. Причем помогали мне не работники аварийных служб, а обыкновенные пассажиры! Уже в самом аэропорту нас сразу же отвели в столовую, где вкусно и сытно накормили. Пострадавших же пассажиров очень оперативно отправили в больницу города Домодедово.

Гамазат ГИТИМАГОМЕДОВ, мулла махачкалинской мечети:
– Произошедшая трагедия еще более укрепила меня в мысли – какое слабое существо человек. Когда самолет, наконец, сел, наступила гробовая тишина. И пассажиры, и поднявшиеся на борт сотрудники МЧС России пребывали в полной растерянности. Все боялись одного: сейчас произойдет взрыв. Я как верующий человек был спокоен. Я всегда готов предстать перед Аллахом. Но на многих пассажиров было страшно смотреть после пережитого ими ужаса.

Опубликовано в номере «НИ» от 6 декабря 2010 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: