Беги, Леша, беги

Очередной жертвой милицейского произвола, о котором уже много сказано и написано, стал сотрудник нашей редакции Алексей С. В конце минувшей недели он бежал на электричку, возвращаясь с новогодней редакционной вечеринки. Двоим, дежурившим на Каланчевской улице милиционерам, его поведение показалось подозрительным. Они догнали Алексея, повалили на землю, заломив ему руки, потащили к машине и затем увезли в изолятор временного содержания. Там наш коллега и провел всю ночь, лишенный возможности связаться с редакцией, так как телефон у него изъяли. А к утру стали «шить дело».

Когда двое неизвестных, догнав Алексея на бегу, повалили его на землю, он подумал, что это грабители. «Лишь оказавшись в машине, я понял, что это милиционеры. Они не представились, документы не показали, хотя я просил об этом и в машине и в отделении, так что до сих пор не знаю их имен», – рассказывает Алексей. Нашего коллегу повезли в какой-то травмопункт, чтобы осмотреть, нет ли синяков. Врач травмопункта синяков не нашел, зато, не проводя тестов и не забирая анализа крови, написал, что по внешним признакам (руки дрожали от волнения) молодой человек сильно пьян. И это при том, что «корпоратив» Алексей покидал в совершенно нормальном состоянии после пары бокалов шампанского.

Последним пунктом ночных приключений для него стал изолятор временного содержания Красносельского РОВД, где парня продержали до утра, отобрав мобильный телефон, по которому он успел лишь позвонить другу, прося о помощи. Время от времени в РОВД заходили погреться местные проститутки, и под утро предприимчивые милиционеры «нашли» среди них двух «свидетелей», заявивших, что телефон Самсонов якобы выронил сам. Утром Алексею вручили протокол о задержании, из которого он с изумлением узнал, что основанием для задержания стало состояние алкогольного опьянения и нецензурная брань в адрес правоохранителей.

Следователь Мещанской межрайонной прокуратуры Дмитрий Щедров проводит проверку этого инцидента, которая будет длиться 10 дней, и тоже упорно не называет фамилий доблестных правоохранителей, задержавших молодого человека. Оставлен без комментариев и вопрос о законности самого задержания. Но сотрудники милиции допрошены как свидетели. «Он пьяным образом вел себя. Вы что, не знаете, как пьяные ведут себя? Наоскорблял тут всех и меня. Нет, меня не оскорблял», – заявил вчера по телефону «НИ» один из дежурных ОВД Красносельского района и бросил трубку.

«Само по себе состояние алкогольного опьянения может стать основанием для задержания, только если человек представляет угрозу для окружающих. Вполне возможно, что ваш сотрудник попал под конец отчетного периода, когда нужно сдать показатели по количеству задержаний», – предполагает в интервью «НИ» председатель правозащитного фонда «Общественный вердикт» Наталья Таубина. «Сотрудники милиции, скорее всего, совершили нарушение при задержании. Теперь они не заинтересованы в том, чтобы их наказывали, и будут добиваться, чтобы человека привлекли к ответственности. Нам постоянно звонят люди на горячую линию и сигнализируют о незаконных задержаниях», – комментирует «НИ» эту ситуацию председатель Ассоциации адвокатов России «За права человека» Евгений Архипов. Он тоже считает, что стремление привлечь любой ценой человека к ответственности может быть связано с желанием улучшить статистику раскрытых дел. Существует и «выборка» возможных клиентов изолятора: «Милиционеры выбирают, кого задержать. В основном это небогатые слегка нетрезвые парни 20–30 лет. Трудно доказать, что пьяный человек не совершал правонарушения, и ему может грозить уголовное дело».

По словам Евгения Архипова, обычно такие «задержания» заканчиваются тем, что милиционерам дают взятку, и задержанного отпускают. Но наш сотрудник не стал предлагать денег. «В ситуации, когда вменяется оскорбление сотрудника милиции, а доказательств нет, есть только показания самих сотрудников. Основываться только на них нельзя. Сам по себе этот факт уже является нарушением», – добавляет адвокат Архипов. За оскорбление милиционера при исполнении им профессиональных обязанностей (статья 319 УК РФ) законом предусмотрен штраф до 40 тыс. рублей (или в размере зарплаты за три месяца), либо 120–180 часов обязательных работ, либо исправительные работы от шести месяцев до года.

Редакция, получившая возможность на примере собственного сотрудника наблюдать за тем, как правоохранители вместо реальной борьбы с преступностью, фабрикуют дело на совершенно нормального человека только за то, что он вовремя не откупился, будет пристально следить за ходом расследования. И собирать аналогичные примеры, которыми так щедра наша повседневная действительность.