Главная / Газета 8 Сентября 2009 г. 00:00 / Происшествия

Звездные войны

Грозненский суд решил, что сын Кристины Орбакайте и Руслана Байсарова пока останется с отцом

ТАТЬЯНА ЕРЕМИНА

Модная в последние месяцы тенденция – ожесточенные бои супругов из-за детей – докатилась и до отечественного бомонда. Звездная экс-пара – певица Кристина Орбакайте и бизнесмен Руслан Байсаров – никак не могут определиться, с кем будет жить их 11-летний сын Дени. По этому поводу поданы судебные иски, причем аж от трех истцов: мамы, папы и чеченской бабушки Дени. Первое заседание суда состоялось вчера утром в Грозном. Сколько еще их будет – не берутся предсказать даже самые опытные адвокаты. Однако эксперты убеждены: даже один судебный процесс способен нанести школьнику, ставшему «яблоком раздора», тяжелейшую психологическую травму.

Главное, чтобы Дени не переставал улыбаться.<br>Фото: ОФИЦИАЛЬНЫЙ САЙТ КРИСТИНЫ ОРБАКАЙТЕ
Главное, чтобы Дени не переставал улыбаться.
Фото: ОФИЦИАЛЬНЫЙ САЙТ КРИСТИНЫ ОРБАКАЙТЕ
shadow
Вчера утром в Грозненском районном суде прошло предварительное рассмотрение иска Руслана Байсарова к его бывшей гражданской жене Кристине Орбакайте на предмет места жительства их общего сына Дени. На заседании, которое продлилось чуть дольше часа, присутствовал только отец мальчика, Кристина приехать в Грозный не смогла. 5 сентября, когда певица находилась на гастролях в Саратове, у нее сильно подскочило давление. Пришлось дважды вызывать «скорую», певице выдали листок нетрудоспособности. Как сообщил «НИ» председатель Грозненского районного суда Мусса Закаев, дата следующего рассмотрения назначена на 15 сентября. До окончания судебного процесса мальчик будет жить с отцом.

Напомним, что Кристина и Руслан начали жить вместе в 1997 году, а в мае 1998 года у них родился сын Дени. В 2000 году гражданский брак распался, супруги стали жить раздельно, и Дени остался с мамой. По мнению психологов, прочность союза вызывала сомнения с самого начала. «Мужа с детства готовили к тому, что жена будет сидеть дома и растить детей, а жена чуть ли не с того же возраста была публичной персоной, – пояснила «НИ» старший научный сотрудник Института психологии РАН Ольга Маховская. – А последней каплей стало решение Кристины увезти сына в США. Кристина разом наступила на все мужские болевые точки: показала, что хочет строить жизнь с другим мужчиной, да еще и решение о судьбе сына было принято за спиной отца. Такая реакция в общем-то нормальна для мужчин, только масштаб и меры не совсем адекватны».

А ведь ничто не предвещало, что события будут развиваться так надрывно. После развода Руслан и Кристина не стали вставлять друг другу палки в колеса и мешать видеться с сыном. Лето с Дени они проводили поровну.

«Кристина всегда увозила Дени отдыхать в Майами, и этим летом поступило предложение оставить мальчика в США на полгода или год, он смог бы подтянуть английский и заодно поправить здоровье, – рассказала «НИ» пресс-атташе Кристины Орбакайте Наталья Никитина. – Без обсуждения с отцом Дени никакого окончательного решения не было бы принято, так что Алла Борисовна поговорила с Русланом, но тот ответил резким отказом».

22 июля Кристина передала сына с рук на руки Руслану. Он планировал свозить Дени в парижский Диснейленд, в Астрахань, на рыбалку, в гости к родственникам в Чечню. «Руслан должен был вернуть мальчика перед началом сентября, но вместо этого потребовал от Кристины подписать соглашение, по которому Дени жил бы с отцом, и тот определял бы время встреч с матерью, – рассказывает Наталья Никитина. – Кристина отказалась, на что Руслан сказал, что сына она не увидит, пока договор не будет подписан. С тех пор Кристина общалась с Дени только один раз по телефону».

По словам Руслана Байсарова, он всего лишь противился решению, от которого зависит судьба сына, принятому за его спиной, причем без учета мнения самого Дени. Кроме того, как сообщил Руслан журналистам, речь шла не о годичной поездке, а о переезде в США на постоянной основе. Жители Чечни в большинстве своем – на стороне Руслана. Но не только из солидарности с земляком: доминирующая роль отца в жизни ребенка заложена в менталитете. За чадо всегда в ответе отец, даже если дитя папашу в глаза не видело. «Например, если мать вырастила дочь в одиночестве и хочет ее выдать замуж, то родительское благословение может дать только отец, – рассказал «НИ» житель Грозного Адам. – Если отец умер, то должен дать благословение любой мужчина-родственник по отцовской линии. Без этого брак будет считаться недействительным».

Юристы не считают виноватой ни одну из сторон. Как пояснил «НИ» адвокат по семейным делам Антон Жаров, родители имеют одинаковые права на ребенка, в том числе и на его «вывоз» за границу. Если мама с папой не могут договориться, можно ли вывезти чадо за границу, решение за них принимают органы опеки, если и это не помогает – суд. «Но решение в спорах должно приниматься исходя исключительно из интересов ребенка, – говорит г-н Жаров. – Суд должен определить, у кого из родителей (не бабушек, дедушек, нянь и друзей семьи) созданы наилучшие условия для ребенка. Ребенку исполнилось 10 лет – суд обязан учитывать его мнение».

Впрочем, по мнению специалистов по семейному праву, худой мир лучше любого решения суда. Иными словами, и для родителей, и для детей лучше, если конфликт будет урегулирован в досудебном порядке. «И московскому суду придется учитывать особенности чеченского воспитания, и грозненскому – реалии московской жизни. Плюс замешаны известные фамилии, – рассказал «НИ» Антон Жаров. – Предугадать результат дела невозможно».

Тяжелее всего в этой истории приходится Дени. Эксперты убеждены в одном: сколько бы боли и горя бывшие супруги друг другу ни причинили, ребенок тут явно ни при чем. И ставить его перед дилеммой «Кого любишь больше – маму или папу?», недопустимо.

В противном случае – тяжелейшая психологическая травма практически обеспечена. «Ребенок в таком возрасте и в такой ситуации очень внушаем, – пояснила «НИ» Ольга Маховская. – Ему необходимо чувствовать себя в безопасности или хотя бы изо всех сил цепляться за ее иллюзию. Кроме того, в такой ситуации быстро появляется чувство вины: фактически, конфликт начался из-за Дени. Поэтому он ведет себя максимально послушно, чтобы не усугублять свое положение, переходит от папы к маме, повторяя слова того из родителей, с кем находится сейчас».

Взрослые, по мнению психологов, в похожей ситуации стараются призвать ребенка в союзники, говорят с ним на равных, не особенно задумываясь о сдерживании эмоций и выборе формулировок. «Все это может привести к тому, что ребенок еще глубже уйдет в себя, – считает г-жа Маховская. – Идеальным вариантом была бы временная изоляция мальчика от родителей.

А когда родители договорятся – вернуть его к маме или папе, в зависимости от того, чью сторону примет суд. К сожалению, у нас такой вариант не работает».

Опубликовано в номере «НИ» от 8 сентября 2009 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: