Главная / Газета 26 Января 2009 г. 00:00 / Происшествия

Гробовая тишина

На прощании с адвокатом Станиславом Маркеловым было немноголюдно

ЗОЯ СВЕТОВА

В пятницу на Останкинском кладбище Москвы провожали в последний путь юриста и правозащитника Станислава Маркелова. Словно по злой иронии судьбы, неделей раньше на этом же кладбище сам Станислав прощался со своей матерью, которая умерла от тяжелой болезни за шесть дней до гибели сына. На кладбище было удивительно мало народа: человек 300. Церемония прощания прошла без представителей государственной власти и без политиков. Не приехал и Уполномоченный по правам человека Владимир Лукин. Собрались лишь родственники, близкие друзья адвоката и журналисты.

Похороны правозащитника почему-то не всколыхнули нашу общественность.<br>Фото: AP. MICHAIL METZEL
Похороны правозащитника почему-то не всколыхнули нашу общественность.
Фото: AP. MICHAIL METZEL
shadow
Останкинское кладбище взяли под усиленную охрану. У ворот дежурили кинологи с собаками. Стоял милицейский автобус, из тех, которые обычно присылают на протестные акции. Боялись то ли теракта, то ли какого-то митинга. Но это были на удивление молчаливые похороны. На них говорили почти шепотом. Друзья убитого адвоката стояли небольшими группками за оградой свежевырытой могилы, расположенной у самого входа на кладбище. Рядом лежали еловые ветки, стояла табличка: «Станислав Юрьевич Маркелов. 20.V.1974–19.01.2009».

Операторы телекомпаний, в основном западных, искали удобное место для будущей съемки, а когда подъехал микроавтобус с гробом, они, сметая всех на своем пути, бросились снимать прощание. Брат Станислава – бывший депутат Михаил Маркелов – крепко держал за руку вдову убитого Галину. Обратившись к собравшимся, он еле слышно произнес: «Кто хочет, может проститься. Мы не будем здесь говорить никаких слов. Не будем говорить о делах Стаса. Я не буду давать никаких клятв и никаких обещаний. Людей судят по их поступкам».

Близкие и друзья, коллеги и знакомые по очереди подходили к гробу, оставляли цветы и отходили. Кто-то крестился, другие кланялись. Станислав Маркелов выглядел гораздо старше, чем в жизни. Он был каким-то строгим и непохожим на того Стаса, которого помнили все, кто его знал. Прощание длилось недолго. Гроб закрыли и понесли к могиле. Я стояла рядом с дядей Стаса по материнской линии. «Это была моя очередь, – грустно сказал он. – Я был для Стаса как бы крестным отцом. Сам бывший судья и адвокат, я много раз говорил ему, что очень опасно защищать потерпевших. Он меня не слушал».

Как только гроб начали опускать в землю, пошел мокрый снег и задул сильный ветер. Стоявшие около могилы люди стали бросать на гроб землю. Могильщики быстро заработали лопатами. Потом они попросили принести венки и положили их на могилу рядом с цветами. Михаил Маркелов вместе с вдовой погибшего и родными быстро уехали. А друзья убитого адвоката – правозащитники, юристы и молодые антифашисты – давали интервью журналистам. Кто-то просто стоял возле могилы, будто пытаясь осмыслить то, что, казалось, не укладывалось в голове, – смерть Станислава.

«За Стасом охотились десятки киллеров, а успел один, – высказала «НИ» свою версию убийства Ирина Бергалиева – председатель Движения общежитий Москвы и Московской области. – Станислав отстаивал интересы жителей нашего дома на Ясном Проезде, на который претендует управление Федеральной службы исполнения наказаний по Москве. – Ему удалось защитить в суде Юлию Редель, на квартиру которой претендовал один из сотрудников ФСИН. Помню, как после суда начальник жилищно-коммунального отдела УФСИН Алексей Гербач подошел к Стасу и сказал: «Жилье в Москве нынче дорого, так что, не шути с этим, парень». Стас тогда ответил: «Я отбил у вас одну квартиру, отобью и весь дом». А когда в июне этого года наш дом захватили сотрудники УФСИН и попробовали силой выгнать оттуда жильцов, вместе с нами в осаде сидела Настя Бабурова».

У Станислава Маркелова не было своего адвокатского бюро. Он работал в крошечной комнате, которую ему предоставило движение «За права человека». Руководитель этой организации Лев Пономарев считает, что адвоката убили, потому что он перешел некую черту: «Когда в газетах появилась информация о том, что Маркелов приостановил выход Буданова на свободу, я подумал: «Стас перешел границу. Я предупредил его: «Смотри, оглядывайся по сторонам». Он лишь пожал плечами, а на следующий день рассказал, что ему пришли SMS с угрозами».

«Почему в России убивают адвокатов? – спросил коллега Маркелова Дмитрий Аграновский, специализирующийся на защите представителей левых движений. – Убивают многих. Вот убили моего подзащитного нацбола Антона Страдымова. Почитайте в «Живом Журнале» комментарии после любого громкого убийства, неважно кого – фашиста, антифашиста, журналиста. Это не просто злобные, это запредельные комментарии. В обществе разлита ненависть».

Добавим, что прощание с погибшей вместе со Станиславом Маркеловым журналисткой «Новой газеты» Анастасией Бабуровой прошло в пятницу в траурном зале Московской клинической больницы. Ее похоронили в родном Севастополе.

Опубликовано в номере «НИ» от 26 января 2009 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: