Эффект «Красной шапочки»

Завтра в Свердловском областном суде начнется рассмотрение иска о законности забастовки горняков шахты «Красная шапочка» в городе Североуральске. Между тем переговоры между руководством ОАО «Севуралбокситруд» (СУБР) и его наемными рабочими – бастующими шахтерами – зашли в тупик. Ходили слухи, что они начали голодовку под землей, но в Независимом профсоюзе горняков России на СУБРе уточнили, что отказался от пищи только их лидер – Владимир Золотарев. В компании «РусАл», в которую входит СУБР, заявили, что требования рабочих будут рассмотрены только после того, как те выйдут на поверхность.

Забастовка на шахте СУБРа «Красная шапочка» началась в ночь на 26 марта, когда 107 шахтеров третьей смены не вышли из-под земли. Главным требованием горняков стало повышение заработной платы на 50%. Число бастующих с тех пор сократилось до 96. Остальные поднялись на поверхность, потому что плохо себя почувствовали. Как рассказал «НИ» представитель Независимого профсоюза горняков России на СУБРе Игорь Золотарев, шахтеров отправили в больницу с высоким давлением и температурой.

Забастовка поссорила Независимый профсоюз горняков (НПГ) России с его североуральской ячейкой. По словам председателя НПГ Александра Сергеева, 29 марта руководство «РусАла» решило рассмотреть требования бастующих и изменить коллективный договор. «В воскресенье я сам привез в шахту протокол, в котором говорилось, что бастующих не уволят, что будет создана рабочая группа для обсуждения требований шахтеров, – рассказал «НИ» Александр Сергеев. – «РусАл» поставил единственное условие: работники должны выйти на поверхность. Но наш актив на СУБРе во главе с Владимиром Золотаревым отказался от этого. Он поступил очень неразумно и не использовал шанс вернуть ситуацию в правовое поле».

Как заявил в интервью «НИ» прокурор города Североуральска Дмитрий Фамутдинов, шахтеры готовы выйти после того, как получат документ о повышении тарифной ставки на 50%. «Мы пытаемся объяснить им, что любое решение в условиях забастовки будет нелегитимно, – пояснил нам г-н Фамутдинов. – Трудовой кодекс детально регламентирует разрешение трудовых споров». Однако горняки выходить из забоя не собираются. Ходили слухи, что они даже начали голодовку под землей, но представители профсоюза уточнили, что голодает только их лидер – Владимир Золотарев. Как рассказали «НИ» в пресс-службе «РусАла», пока люди не поднимутся наверх, ни о каких переговорах не может быть и речи. 28 марта руководство СУБРа обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с иском против бастующих горняков шахты «Красная шапочка». Рассмотрение дела начнется 3 апреля. В прошлую пятницу «РусАл» приостановил работы на всех уральских шахтах СУБРа. «Это не сказывается на деятельности компании, так как у нас есть значительные запасы бокситов», – заявил представитель пресс-службы «РусАла».

У шахтеров на этот счет свое мнение. Александр Сергеев пояснил, что в результате простоя рабочие потеряют треть своего заработка. «Формально собственник прав, – рассказал «НИ» Александр Сергеев. – Он пошел на это, опасаясь, что акцию могут поддержать рабочие с других шахт. Но с точки зрения смягчения ситуации это был неразумный ход. Люди, которым не дают работать, могут поддержать бастующих. Тогда начнутся массовые волнения в городе, а в худшем случае и митинги на предприятиях». Напомним, в воскресенье в Североуральске прошла акция в поддержку бастующих шахтеров. На нее собрались более четырех тысяч человек. «Мы поддерживаем тех, кто под землей, – рассказал «НИ» мастер-взрывник на шахте «Красная шапочка» Александр. – К «Красной шапочке» сейчас съехались ребята со всех шахт. Я не был в той смене, которая бастует, но тоже отказался работать».

Кто прав, кто виноват в этом противостоянии? Лидер НПГ России Александр Сергеев считает, что вина на обеих сторонах. «В октябре 2003 года на СУБРе была акция протеста, результатом которой стал протокол примирительной комиссии о поэтапном повышении зарплаты, – пояснил он. – Но в коллективный договор пункты об этом не были включены, а представители нашего профсоюза из-за своей малочисленности не смогли повлиять на ситуацию. В декабре 2007 года работодатели не дали нам инициировать коллективный трудовой спор. Но теперь, когда «РусАл» был готов на уступки, нашему профсоюзному активу следовало бы убедить людей выйти на поверхность».