Горючая точка

Пожары в Чечне особенно опасны – многие жители республики буквально сидят на вулкане. Ведь иногда кустарная нефтепереработка – единственный способ выжить на пенсию.

Нефтяной бизнес для бедных Чечни явление не новое. Были времена, когда в каждом селе было по нескольку мини-заводов по переработке нефти. Следы тех времен видны и поныне: повсюду пустые ржавые бочки. Теперь в каждом населенном пункте есть бензоколонки вместо привычных десятилитровых банок с самопальным бензином вдоль трассы. Официальные власти утверждают, что кустарную нефтепереработку удалось и вовсе искоренить: «Хищений нефти больше нет, мини-заводов тоже, – убеждает корреспондента «НИ» пресс-секретарь МВД Чечни Магамед Эниев. – Проводится огромная работа, участковые контактируют с населением. Случаи незаконной деятельности незначительны и редки. На моей памяти всего лишь один подобный случай – этой весной в поле Грозненского (сельский) района нашли «самовар», который был немедленно уничтожен».

И все же от традиционного бизнеса нельзя уйти так быстро. Обычный двор на окраине небольшого села в Заводском районе. Малика здесь живет с 4 детьми, мужа убили еще в 2001 году. Подходя ближе к дому, чувствуется едкий запах бензина и бытового газа. При входе в дом в глаза бросаются три закопанных резервуара с нефтью. Поражает столь опасное соседство горючих веществ, которые сами по себе опасны. Малика объясняет: «Бочки принадлежат Рамзану, за каждую бочку он мне платит 500 рублей. А газом пахнет просто потому что шланг старый, пропускает. А что поделать, пенсии не хватает, потому и приходится зарабатывать на жизнь таким способом. Понимаю, что опасно, недавно был пожар, я сильно перепугалась, хорошо, что Рамзан был здесь, он потушил огонь, – улыбаясь, смотрит она в сторону калитки. – А вот и Рамзан».

К нам приближается молодой парень в красной футболке, как оказалось, владелец мини-завода по переработке «черного золота». Здоровается с Маликой, интересуется ее здоровьем, жизнью детей, спрашивает, нуждаются ли в чем-либо. На вопрос, как давно он занимается переработкой нефти, Рамзан отвечает уклончиво: «Достаточно, чтобы понимать, как работает этот бизнес. Другой работы нет, а это единственное, что я умею. Полученные нефтепродукты сдаю на местную автозаправку. А вот свою машину бензином собственного производства я не заправляю».

Откуда берется нефть для кустарных НПЗ, понять сложно, ведь по официальным данным, воровство давно прекратилось: «С 2003 года не было ни одного случая выявления незаконного хищения нефти», – заверил «НИ» первый заместитель командира полка УВО при МЧС по Чечне Лечи Товхадов. Впрочем, в его же управлении не отрицают тот факт, что в Заводском районе производят техногенную переработку, в результате которой получается бензин и солярка, продают которую по минимальным ценам. О том, сколько пожаров происходит по вине «частников», в МЧС не сообщают.